Самое интересное, что ответить на этот вопрос не так уж трудно. История XVII, XVIII и начала XIX веков однозначно складывалась бы совершенно по-другому, ибо Восточная Европа в этом ВАРИАНТЕ оказывается огромным регионом, в котором нет ни одного (!!) католического государства.
О чём речь?
Значит. Если восстание Наливайко заканчивается не разгромом, а ПОЗИЦИОННОЙ НИЧЬЕЙ: боевые действия прекращаются, проект Брестской унии без шума и пыли кладётся под сукно, русофоб Жигимонт Ваза без проблем сохраняет свою польскую корону, но его антиправославная политика ФАКТИЧЕСКИ ПРЕКРАЩАЕТСЯ – ведущей политической силой Речи Посполитой становится ЗАПАДНОРУССКАЯ православная команда князя Острожского, в которой Наливайко был центрфорвардом – ЧТО ДАЛЬШЕ?
Дальше – для начала – становится невозможными и даже немыслимыми ВСЕ трагические события Смутного времени.
Разумеется, и русско-польских конфликтов 1632-34 и 1654-57 годов тоже не будет, а Богдан Хмельницкий так и не станет русско-украинским героем. Это настолько очевидно, что не требует пояснений.
Ну и век XVIII становится для восточной Европы малоинтересным и бесконфликтным временем, а мой земляк Тадеуш Костюшко живёт долго, тихо и скучно в своём фольварке Меречевщина, да так ни разу и не побывает за границей…
P.S.
И – last but not least – если в восточной Европе НЕТ антирусского ЧИСТО КАТОЛИЧЕСКОГО польского государства – все наполеоновские войны проходят в формате мелких западноевропейских пограничных разборок
Я уверен, что и это совершенно ясно и не требует особых пояснений. Как австрийцы будут воевать против Франции, если русскому медведю ничего не нужно, его европейские интересы – В ПОЛНОМ ПОРЯДКЕ, он ВНЕ австрийско-наполеоновского конфликта, сидит в своей берлоге, посмеивается и ничем не помогает австрийскому соседу?
Сражаться за свои интересы ТОЛЬКО СВОИМИ силами? Разве австрийцы когда-то были способны на такой героизм?
P.P.S.
И самое последнее. Не будем забывать, что история, как и, например, содержание "стандартной" шахматной партии ПОЧТИ ПОЛНОСТЬЮ состоит из вариантов.
То есть. Ход партии практически всегда становится ПОНЯТЕН не из того, что ПРОИЗШЛО НА ДОСКЕ, а из рассмотрения ВСЕХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ белых и чёрных. И тогда вопрос: а появляется ли в этом варианте окончания XVI века династия Романовых? Контрольный ответ: нет, не появляется! Если не будет Смутного времени – откуда ей взяться?
Понятно, что отсутствие на русском троне Романовых никак не повлияет на содержание и качество русского самодержавия – но это уже совсем другая история, как говорит товарищ Каневский, он же майор Томин.
Тень вторая – Переход в миттельшпиль
Великая восточноевропейская шахматная партия была начата в один из обычных осенних дней 1557 года. Арбитр посмотрел на переполненный зрителями зал, подошёл к столику и включил часы.
Игравший белыми московский гроссмейстер пожал руку сопернику, записал на бланке свой первый ход Nf3, вывел королевского коня с g1 на f3, переключил часы и откинулся в кожаном кресле.
Дебют Рети, как хорошо известно, 1) даёт белым небольшое, но стойкое позиционное преимущество; 2) содержит в себе мощную стратегическую идею: ДАВЛЕНИЕ НА ЦЕНТРАЛЬНЫЕ ПОЛЯ эффективнее, чем ЗАХВАТ центра.
Чёрные ответили неожиданно.
Ходом 1…c5 чёрные пригласили оппонента сразиться не в системе Рети – интересной, но вегетарианской – а в сицилианской защите, где очень часто кровь льётся рекой. Русский гроссмейстер слегка поморщился, взял Parker и каллиграфическим почерком вывел в второй строчке бланка "e2-e4": вызов ПРИНЯТ.
Ливонская война началась. На календаре был уже не 1557, а 1558 год великий и ужасный.
На шестом ходу белые без особых колебаний избрали острейшую атаку Кереса 6.g4 а, в которой от чёрных на каждом ходу требуется исключительная точность и тотальная осмотрительность, а белые ИЛИ АТАКУЮТ, НЕ СЧИТАЯСЬ С МАТЕРИАЛЬНЫМИ ПОТЕРЯМИ ИЛИ НЕМЕДЛЕННО ТЕРЯЮТ СВОЁ ПРЕИМУЩЕСТВО и сразу отдают инициативу сопернику. Третьего modus operandi в системе Пауля Петровича Кереса просто нет.
К середине 90-х годов XVI века все дебютные (небезошибочные!) "военные мысли" обеих сторон были исчерпаны, и партия оказалась в стадии перехода в миттельшпиль. На доске стояла хаотическая позиция, не поддающаяся "нормальной" оценке – это нередко бывает в шахматах.
И ещё чаще это бывает в жизни.
–
Риск – благородное дело.
Чёрные рискнули и первыми нарушили и без того шаткое равновесие: в 1596 году была подписана Брестская уния, резко обострившая ситуацию в центре огромной восточноевропейской шахматной доски. Политический баланс ДВУХРЕЛИГИОЗНОЙ Речи Посполитой резко качнулся в католическую – антирусскую! – сторону.
