Рассказы, новеллы, зарисовки, главы из повести – всё в этом сборнике пронизано любовью, большей частью к Женщине, иногда к работе, где-то к родителям и детям, и всегда к Жизни.
Евгений Поляков родился 26.04.1964 в г. Ростове-на-Дону. Окончил Московский институт электронного машиностроения. Работал преподавателем в институте, различных IТ-компаниях г. Москвы.
Автор восьми изданных книг по программированию. В 2013 году в серии «Виктор Ерофеев представляет автора» вышла его дебютная книга беллетризованных воспоминаний об армейской службе офицером сразу после окончания института: «Двухгодичник. Сказки про Красную армию». Книга была выдвинута на международную Лондонскую премию Интернационального союза писателей.
Бизнес-ланч приятно оттягивал желудок, вызывая чувство сытости. Походка стала более плавная и размеренная, как в замедленной съемке. Ноги несли нас на работу, куда не очень-то и хотелось, но надо… Начальство ждет, когда же я все-таки свой код для открытого портала допишу. Все мозги вынесло. Надо… будь он, этот код, неладен. Но не выходит пока каменный цветочек. Последние спокойные пять минут перед войной с компьютером, истериками руководства и общения с тупыми постановщиками. Рука полезла в карман. Ба, да у меня же сигареты заканчиваются. До вечера точно не дотяну. Есть, получается, повод еще минут на десять оттянуть приход на галеры. Значит, тут на повороте с коллегами и расстанемся, временно. А мне путь через дорогу, в магазинчик «Всё для всех».
Первая машина на зебре меня пропустила, а вторая… нет. Когда стал обходить притормозивший передо мной автомобиль, то слева от него выскочил еще один. Послышался зубодробильный скрежет тормозов, и я оказался на капоте, продавив до трещин лобовое стекло. Казалось, я еще целую вечность ехал на этом самом капоте и строго по встречке. Краем глаза увидел, что с меня слетели обе туфли. Откуда-то вспомнил, как говорили, что если при аварии слетает обувь, то это уже все… Неужели и со мной это самое уже все? Как же плечо болит. Наверно, перелом. Что там, ключица вроде. Вот и мои сослуживцы, с которыми только что обедали, подбежали. Аеха одну туфлю несет, а вторая где? Я стал медленно сползать с капота. Из кабины наконец-то вылезла какая-то ссыкуха. Небось, папик ей машину вместе с правами купил. Я стал медленно проваливаться в какое-то небытие…
– Расскажите, пожалуйста, поподробней про своего отца.
– А что рассказать-то?
– Да все, что вспомните.
– Хорошо. Ну, в этом году ему пятьдесят стукнет. Работает программистом. С мамой они два года назад как разошлись. Она в последнее время все больше по ближнему зарубежью работала. В командировках, как минимум, на полгода. Это где-то уже лет пять так тянулось. Ну, отец терпел-терпел, а потом все-таки оформили развод. Я тоже далеко. У меня в Голландии своя фирма. В России максимум пару раз в году бываю. Вот и волнуюсь за отца.
– А что вас, собственно, волнует?
– Ну, он сейчас один живет, с котом. Ну, не в том смысле, что живет… Ну, вы меня поняли?
– Да-да, конечно.
– Я ему предлагал, давай ко мне перебирайся. Все документы выправим. Внучку будешь воспитывать. Захочешь, и работу тебе найдем, как язык подучишь. Да я мог бы вообще под него фирму создать, пусть даже прибыли не приносит, но он хотя бы при деле будет. А он ни в какую. Здесь хочу помереть, говорит. За ним бы присмотр какой-нибудь женский организовать. Домоправительницу что ли. Только вот как? Он после развода дам на дух не переносит. Часто повторяет: «Бабы дуры, не потому что дуры, а потому что бабы». Да и человечество в целом тоже не шибко жалует. На этот счет у него другое высказывание имеется: «Наша ветвь цивилизации – тупиковая на древе жизни вселенной», а еще: «Остановите планету, я сойду». Хотя это вроде из Маяковского цитата. Ходит практически всегда в одном свитере, я его из Норвегии ему привез. Серый такой, грубой вязки. Даже не знаю, когда он его стирает. Пока бабушка жива была, она его раз в две недели с трудовым десантом навещала. Да вот уж полтора года как ее нет.
– Да… и на фотографии он, видимо, как раз в этом вашем сером свитере. Вот только борода лопатой и космы сзади как-то не очень с образом вяжутся. Ему бы рясу (хе-хе), посох и крест в полпуда на пузо – вылитый батюшка. А с религией у него какие отношения?
– Так трудно сказать. Но официальных догматов и канонов он никаких не придерживается. Во что-то он, похоже, все-таки верит. Только вот во что? Раньше, когда мы с ним ближе общались, то он одно время синтоизмом увлекался, затем буддизмом. Но это, как мне кажется, дальше увлечений не шло. Крест нательный он наш, православный, носит. Его папе еще бабушка вешала. А борода и хвост сзади – так это он бриться и стричься очень не любит. Как после института с военных сборов вернулся, так лицо начисто никогда и не брил.
– Понятно. А по работе у него как? Есть проблемы?
