Стоны и вскрики наполняли старую съёмную квартирку, затерянную где-то в бедных кварталах столицы какой-то захолустной планеты. В единственной комнате, обставленной старой маготехникой, прямо на полу лежал матрас, вокруг которого валялись небрежно разбросанные предметы одежды. Вентилятор под потолком не слишком помогал, гоняя пыльный и душный воздух.
На смятом белье в страстных объятиях сплелась пара молодых людей, за местонахождение которых любой журналист, не торгуясь, отвалил бы свой годовой оклад.
К счастью для обоих, никто не знал и даже не подозревал, где они могут быть.
СилестенАддлер усердно трудился над распластанной по матрасу Пенелопой Спенсер, пока не раздался один особенно длинный и страстный стон. Больше не сдерживаясь, Ад и сам совершил ряд резких движений, перешагивая грань, и стал в который уже раз за сегодня наполнять любовницу горячим семенем…
Вскоре в комнате стало тихо, за исключением негромкого гудения вентилятора и звуков тяжёлого дыхания.
Они пролежали в объятиях ещё несколько минут, прежде чем молодой человек подал голос:
– Слушай, зачем ты проколола сосок? – он наклонился и, поймав зубами колечко, слегка потянул за него. С улыбкой прислушавшись к стону девушки, парень отпустил кольцо,затем прильнул к соску губами и стал посасывать.
– А что, ты против? – спросила та, утомлённая страстью и нежащаяся под ласками любовника. – Мне кажется, тебе нравится с ним играть…
Слова прервались очередным стоном. Пи Джей выгнула спинку, потому что Ад продолжил во рту потягивать кольцо и обводить сосочек языком.
– Нет, ну это мы выяснили недавно, – оторвавшись от груди девушки, сказал Силестен. – А до этого зачем ты решилась на такое?
– Там второе пространственное кольцо, чтобы можно было отдать основное на проверку, вынеся важное у сердца, – ответила Пи Джей, затем пояснила. – Я его сделала сама.
– А как ты собираешься туда это ценное класть? М?
– Ручками! Я могу, не доставая предмет, перекладывать его из одного кольца в другое, пока они оба на моём теле.
Парень подумал, почему в таком случае
– Ладно, уговорила… – он припал губами ко второму соску, после чего посмотрел на девушку снизу вверх и проговорил, слегка стиснув зубы: – Надо для равновесия и это проколоть.
– Не хочу! – запротестовала Пи Джей.– И так было больно…
– Слава богу, что тут ничего не проколола, – буркнул парень, проведя ладонью между нежных бёдер.
– Там слишком больно было бы… ах! – простонала девушка.
– А мне кажется, тебе нравится некоторая боль…
– Без фанатизма! – рассмеялась Пи Джей и качнула вперёд бёдрами, вызвав усмешку на губах юноши.
– Потерпи… мне нужно немного…
Договорить он не успел.
В квартиру, не здороваясь и не стучась, ввалились двое. Мужчина и женщина средних лет почти вбежали в комнату и на мгновение замерли, увидев голую парочку.
Пи Джей машинально отметила, что оба незваных гостя явно привыкли к не слишком здоровому образу жизни, в частности к обильной еде и выпивке. А ещё испытывали мещанскую страсть к аляповатым украшениям. Причём таким, которые казались дороже, чем есть на самом деле.
Тем временем вломившиеся опомнились и начали орать:
– Ты посмотри на этого мерзавца! У нас срок выплаты подходит, а он, вместо того чтобы деньги принести, шлюх таскает! Сучонок, совсем оборзел! А ты, шалава, пшла вон! Нам с сыном надо поговорить!
Девушка удивлённо взглянула на выругавшегося сквозь зубы парня, а тот, погладив её по волосам и не обращая внимания на склочных мужика и бабу, сказал:
– Прости, я, видимо, вчера так был увлечён тобой, что забыл запереть дверь. А сейчас начало месяца. У них выплата по курсу омоложения. Вот они и требуют бабло со своего нерадивого отпрыска.
– Ах, так это твои родители? – Пи Джей демонстративно потянулась, даже не думая прикрыться. – Как неловко получилось. Может, представишь нас?
– Поверь, лучше не стоит, – вздохнул он и, накинув одеяло на любовницу, встал с матраса.
Не потрудившись даже надеть трусы, он поднял с пола брюки, достал из кошелька пару чеков, которые и бросил родителям.
Женщина снова завопила:
– Подонок! Нам даёшь сущие гроши, а сам с бабами развлекаешься?! Сколько ты на эту фифу спустил?! Лучше бы нам эти деньги отдал, а сам работать пошёл!
Пенелопа повернулась на бок и, подперев рукой голову, уставилась на родителей Силестена холодным взглядом аметистовых глаз. Те вздрогнули. А когда она заговорила, аж сжались:
– По закону Альянса дети могут, но не обязаны помогать родителям, если те моложе восьмидесяти лет. Вам на вид, даже с учётом ежемесячной омолаживающей процедуры за эти деньги, – указала на чеки. – Не больше шестидесяти. По закону вы вообще должны сами себе обеспечивать оплату омолаживания. Может, мне стоит сообщить властям?
– Ну давай, сообщи! На нашей планете проституция запрещена! Тебя первую же и заберут! – опомнилась мамаша.
Девушка встала, отчего одеяло соскользнуло на матрас, полностью обнажая соблазнительныечерты. Папаня нервно сглотнул, невольно окинув заблестевшими глазками ладную фигурку.
Пенелопа подошла к сжимающему в ярости кулаки Аду и обняла со спины, погладив по груди:
