Круг, другой, и деревья, окружавшие идеальную иллюзию Сайхан халди, осыпались на землю, не выдержав напора Наташкиной силы. Этот странный водоворот таинственной магии завораживал и сводил с ума. Хотелось бросить все и кинуться в хоровод лент и линий, присоединиться к танцу очищения, напитаться музыкой жизни.
Правда или нет, но я отчетливо слышала, как пел диджериду, уводя за собой, вырывая из Сладкого плена, освежая отравленный разум, охлаждая разгоряченный борьбой солар.
Наташка, словно неведомая огромная птица с высоко поднятыми руками, вертелась в безудержном ритме вокруг себя. При этом умудрялась каким-то образом описывать круги, расширяя и расчищая пространство от оглушительно воющей ядовитой субстанции.
Я видела, как вспыхнули и опали белесым пеплом на мертвую землю ядовито-оранжевые цветы и ветви лианы, оплетавшие идеальную белую усадьбу, едва задетые алой нитью. Как рухнул иллюзорный дом, разрушенный до основания пляшущей синей лентой.
Как исчезли, поглощенные магической зеленью, два почерневших детских тельца, вытянутые Сайхан халди из тайников души Коб-Ора.
«Его ли это были мечты?» – прошелестело в моей голове.
Злобный монстр не оставлял попыток вернуть власть над моим разумом, время от времени рисуя передо мной картины идеальной жизни в идеальном мире. Тело горело и чесалось от ошметков серого тумана, который, отползая, пытался найти приют во всем, что попадалось на пути.
Я благодарно подставила лицо прохладному ливню, который вдруг пролился с почерневших до антрацита небес. И услышала, как забилось сердце Коб-Ора.
– Целуй, – дикий рев разорвал мои перепонки, заглушая сладострастный шепот Сайхан халди, и я прильнула к кровоточащим губам воина.
Сила колыхнула меня изнутри и живительным потомком полилась через поцелуй в мужчину, замершего в моих руках. Спустя мгновение его уста дрогнули, и Коб-Ор жадно припал ко мне в ответном лобзанье. Руки, висевшие вдоль тела плетьми, обхватили мои плечи и дернули меня вниз. От неожиданности я распласталась на могучей мужской груди, ходуном заходившей подо мной. Объятья воина стали крепче, сердце поймало ритм и забилось в унисон с моим, прогоняя остатки иллюзий и яда.
Вцепившись в мужской затылок ногтями, я жадно отдавала силу, взамен получая целый мир. Мы перестали замечать творившееся вокруг безумие, полностью потерявшись вдруг друге. Изуродованное иллюзиями пространство мигнуло и исчезло, оставив позади боль, кровь и страх.
