Вдруг Никита примолк, осмысливая свои же слова, вырвавшиеся практически в запале, но запал есть эмоциональная сфера, которая чует сердцем, опережает мозг. А ведь проблемы действительно нет, что же понадобилось вчерашней штучке? Интриганка предполагает, серьга у Никиты, ну и что? Он-то до сих пор не знает, чья это серьга и чем опасна для ее хозяйки. Хорошо, пусть Валерка ему рассказал, Никита что, пойдет к седовласому старцу, раскроет перед ним ладонь и скажет: «Вот доказательство измены вашей молодой жены, будьте добры, дайте дуба, как она обещала, на худой конец прогоните ее»? А на сережке написано, где, когда и в какой позиции брюнетка изменяла? Абсурд полный. Зачем же она пошла на риск, обман, оговор, если проблемы для нее не существует? Наконец он пришел к верной постановке вопроса, от которой зависит успех уже не безнадежного дела.
– Так в чем проблема? – объедаясь приготовленной им курицей и картошечкой, переспросила Алиса.
– А ее нет. Она лепила горбатого, на языке уголовников это означает – врать безбожно. То ли заманивает тебя и меня в ловушку, то ли сама попала в переплет и выворачивается, то ли у нее еще есть какие-то задачи.
– Тебе не приходило в голову, что ей просто жалко сережку?
– Исключи эту мысль.
– Почему?
– Припомни, о чем она говорила с тобой, найди противоречия с ложью, а того и другого достаточно, тогда тебе станет понятно – почему. Единственное, что не могу отрицать, – она хочет получить серьгу.
– Хочешь, чтобы я пошевелила извилинами? У меня их нет, раз я клюнула на тебя. Пойду спать.
– А посуду кто будет мыть?
– Ты.
– Я готовил! – возмутился Никита. – Будет справедливо, если ты…
– Не будет, – ласково, без подтекста сказала Алиса. – Последнее время я сталкиваюсь с одной несправедливостью. С Валеркой нянькалась, а он обманывал меня, кроме этого, влез куда-то, его убили, за ним тянется шлейф, который бьет и по мне. В самый трудный момент ты оказался рядом и настолько приблизился, что стал… – Она проглотила слезы и закончила кратко: – Помой посуду сам.
И помыл, а куда деться? Мыл и думал, что сейчас примирение состоится на кровати, это надежный способ убрать негативную полосу. Но Алиса не раздвинула диван, постелила себе на одной половине и отлично там себя чувствовала, Никита слегка завелся:
– А я где буду спать?
Алиса встала, подставила стул к встроенному шкафу, открыла антресоль, оттуда достала одно одеяло и отдала Никите, затем второе, подушку и постельное белье.
– То есть? – не понял он, что с этим делать.
– Спи на полу, – ответила она.
– Как дворняжке, на коврике? – проворчал Никита, расстилая одеяло.
– Если тебя не устраивает…
– Устраивает. Меня все устраивает, – недовольно бурчал он, через паузу сделал пространный намек: – На данном этапе.
– А у меня все этапы закончились. Спокойной ночи.
Это называется – поставила на место. Никита повертелся на жестком ложе, повздыхал да и уснул.
