- Но ты ведь видишь, что может произойти! – Вновь вспылил я. – Как можно ее уберечь?
- Я уже отвела от нее самые худшие варианты, Крылатый. Я сделала все, что могла.
И пока я снова пытался совладать с дыханием, Бера поднялась:
- Спасибо, бабушка, что показала все это. Эти травы – это…
- Дар Саранты. Именно они позволили вам увидеть прошлое.
- Пойду готовится к празднику, а то я до сих пор в дорожной одежде…
А я в первые подумал о том, что ни разу не видел Беру в исконных маржанских одеждах. На ней никогда не было ярких лент, бус или браслетов. Из всех украшений на ней были лишь искусно вырезанные наручи для ее длинных кинжалов. Всегда строгая приталенная кожаная куртка, да кожаные штаны, позволяющие ей и по крышам скакать и на лошади несколько дней продержаться. И это я, как имперец, привыкший к штанам на анималарках, которые могут быть воинами не хуже мужчин, а вот другие то народы, такого на своих женщинах не одобряют. В том числе и маржане.
- Почему она стала арасной?
- Потому что по нашим заветам арасной может стать только Жрица.
- То есть связь с другими странами может лежать лишь на женщине?
- Именно. Но это никогда не мешало Жрицам направлять своих ставленников мужчин. Просто Бера предпочитает делать все сама.
- Ты ее такой сделала.
- Именно. Она всегда полагается лишь на себя. Она сама позаботится о своих родах, не доверив это мужчине, как сделала Сиальту. Она не будет молча полагаться на заветы маржан, гордо умирая, как сделал сын Сиальту, потому что она успела увидеть весь мир и знает, как в любом законе найти лазейку. Она не будет беспрекословно покланяться своему мужу, как сделала внучка Сиальту и моя сестра, потушив себя и свою магию, уже без возможности станцевать. И она выживет при любом кораблекрушении или военной стычке, потому что ее физические навыки превосходят других! И если то, что я увидела исполнится – это судьбоносная гонка, наконец, прекратится!
- И ты хочешь, чтобы я ей помог?
- Если кто и сможет, то именно ты, Андермэйр Тар-Лирин. – Она впервые за столько лет обратилась ко мне по имени. - Но ты должен помнить лишь одно: допустишь кровь моего народа и все покатиться в бездну.
Понял. Принял. Ведем себя хорошо и не рычим.
- Правильно мыслишь. – Вдруг усмехнулась Куальту и, наконец, вперилась в меня взглядом. – Вот только ты слишком долго шел, и ситуация накалилась.
- И что это значит?
- Будь хорошим мальчиком, Крылатый. И следи за дыханием. – Хрипло рассмеялась колдунья, а перед моими глазами потемнело.
Миг, и я стою у входа ее кибитки.
Вот как она это сделала?
Я осознал, что что-то незримо изменилось, когда на небо уже опустилась мгла. Маржанские костры полыхали как никогда неистово и жарко, превышая человеческий рост вдвое. Тем страннее было отчетливо различать яркие звезды, которые, как будто тоже хотели посмотреть на танцы беловолосого народа. Но в Ночь Таинства они не вписывались в мою картину мира, ведь я привык взирать в этот день на небо, раскинувшееся над Эшаратом.
Белоснежные аурлины, которые так и не закрылись на ночь, явно демонстрируя, что любят ночь, так же, как и их создательница Богиня, как будто мерцали на дверях украшенных кибиток. И даже дымок от курильниц с благовониями не мог перебить их аромата. К многочисленным свечам, так излюбленных маржанами, добавились фонарики и гирлянды, окуная городок туманов в мерцающий водоворот… того таинства, который и приличествовал детям Саранты.
Маржане скинули свои многослойные яркие наряды, чтобы облачится в традиционную белоснежно-красную одежду. Этому же правилу следовали и ленты в их волосах, и даже бусы у жриц. Разве что браслеты на руках, а у некоторых и на ногах, оставались на месте, не отдавая бело-красной расцветкой.
Я знал, что сейчас весь народ собирался на Аржэйно. Проводы старого года. Чтобы он отпустил маржан в новый год очищенными от своей суеты. Чтобы невзгоды и беды ушли вместе с ним, а новое начало принесло лишь радость и счастье. Знал и что после Аржэйно истончается грань, приоткрывая завесу к мертвым, к духам, к несбыточному, к таинственному… Ко всему тому, чего могла касаться Саранта.
Не удивительно, наверное, что Саранта смогла поладить с Арглионом - Богом, повелевающим тьмой и смертью. Ведь та, кто может открыть тропинку для еще не переродившихся мертвых к живым, хоть и на несколько часов, была вхожа к тому, кто давал пристанище для тех, кто закончил свой путь.
Именно после Аржэйно жрицы принимались гадать, зная, что те, кто стоит за чертой подскажут им, как лучше поступить. Вероятно, гадания на Ночь Таинства по всему миру были заложены, как раз, маржанами, свято следующими заветам своей Богини.
Но все эти годы, как бы я не пытался, так и не смог до конца понять… в чем же заключается магия маржан. Какой дар подарила им Саранта? Предвидение, как у Куальту? Что конкретно они могли дать, а может быть и забрать, своим танцем?
Так все время повторяли маржане.
