Сивиг наблюдал за тем, как небольшой флот, на котором он приплыл сюда, вдруг заполыхал огнем. Объятые пламенем корабли продолжали плыть в сторону большого пандезианского флота. Пламя поднималось выше, оно ревело, пожирая паруса, мачты, и вскоре флот-призрак стал оружием, плывущей стеной огня, который невозможно было остановить, направляясь к большому флоту Пандезии.
Сивиг с большим удовлетворением наблюдал за тем, как его флот огня сделал то, на что он надеялся. Корпус первого корабля коснулся пандезианского судна, и через несколько секунд поджег его, пламя лизало его перила и палубу, поднимаясь к парусам. Дюжина других кораблей последовала его примеру, некоторые ударили непосредственно по пандезианским кораблям, после чего поплыли дальше, поджигая все большее количество кораблей.
Сивиг наблюдал за происходящим, его глаза осветились, когда зажглась ночь. Вскоре поднялись крики, когда проснулись удивленные мужчины, сгоравшие заживо, их охватила паника. Последовал всплеск, когда мужчины прыгали вниз, объятые пламенем, навстречу смерти в море.
Затем, наконец, зазвучали колокола и протрубили в ряд рогов.
Начался хаос, когда огромная пандезианская армия начала просыпаться, увидев, что их корабли объяты пламенем, которое распространялось благодаря ветру с каждой проходящей секундой.
Все люди Сивига повернулись друг к другу и издали громкий радостный крик.
Сражение за Ур началось.
Мерк стоял на носу небольшого корабля рядом с Лорной, они плыли во мраке ночи к западному берегу Эскалона. Море Печали было спокойным, устрашающе тихим. Слышен был только тихий плеск крошечных морских существ, прыгающих вдоль корпуса. Мерк посмотрел вниз и увидел, что они плывут вдоль их корабля, следуя за ним, освещая ночь своей светящейся чешуей, пока они светились под водой. Мерк отвлекся на красочные блестящие узоры, и ему казалось, словно все море следует за ним.
Мерк снова оказался на корабле с Лорной и опять его захлестнули чувства к ней. Он никогда не ощущал такую близость ни с кем в своей жизни, никогда не ощущал такой комфорт в чьем-то присутствии, но с ней все было по-другому. В конце концов, она спасла его в Заливе Смерти. Без нее он бы наверняка умер от рук Везувиуса. Никто никогда не спасал его прежде, никто даже не заботился о нем.
Тайна Лорны только усилилась для Мерка, когда он увидел, как она исцелила Дункана на смертном одре в Барисе. Удивительно было наблюдать за этим, но это снова заставило его задуматься о ее силах. Когда Дункан исцелился и попросил Лорну отправиться на север и помочь в сражении в Уре, она самоотверженно приняла эту обязанность. Мерк настоял на том, чтобы сопровождать ее, и она не стала сопротивляться.
Мерк спрашивал себя, означает ли это то, что он ей нравится. Чувствует ли она к нему то же, что он чувствует к ней? Или она сделала это только потому, что нуждалась в компании в предстоящем сражении?
«Ты едва произнесла слово», – сказал ей Мерк, желая нарушить тишину, сгорая от нетерпения узнать о ней больше, установить с ней какую-то связь.
Лорна посмотрела на Мерка, и ее светящиеся голубые глаза, которые казались серыми в ночи, пленили его, как всегда.
«Ты знаешь, что мы плывем в самую гущу пандезианского флота», – добавил Мерк.
Лорна понимающе кивнула в ответ, и он удивился, увидев, что она невозмутима.
«Но ты не боишься?» – спросил он, желая понять ее.
Лорна покачала головой, и Мерк увидел, что это на самом деле так. Это только усилило ее загадочность.
«Смерть никогда не внушала мне страха», – ответила она мягким и загадочным голосом, как сумерки. – «Страх мне внушает жизнь без предназначения».
Мерк удивился.
«Но твои силы», – сказал он, нуждаясь в ответе. – «Можешь ли ты остановить целую армию своими силами?»
«Нет», – призналась Лорна. – «Не могу».
Его сердце ушло в пятки. Мерк надеялся на то, что она втайне уверена в их победе, но по ее лицу он увидел, что уверенности у нее нет. Казалось, их ждал смертный приговор. Но, если именно там в них нуждаются, ни один из них не подведет свою страну.
«Дункану не нужны еще два мертвых тела вместе с ним в Ущелье Дьявола», – сказала Лорна.
«Значит, ты скорее умрешь здесь, на севере, во мраке океана?» – спросил Мерк.
Девушка улыбнулась.
«Что еще ты предлагаешь?»
Он пожал плечами, нервничая и не желая говорить то, что он на самом деле думает.
«Может быть…», – начал Мерк дрожащим голосом. – «Мы можем отказаться от этой войны».
Лорна повернулась и пристально посмотрела на него, ее глаза широко распахнулись от удивления, и Мерк почувствовал, что у него пересохло в горле. Он спрашивал себя, не зашел ли он слишком далеко.
«Отказаться?» – переспросила Лорна.
Мерк колебался. Затем, наконец, он нашел в себе мужество.
«Только ты и я», – осторожно продолжил он. – «Где-то… подальше от всего этого. В конце концов, что хорошего будет от еще двух мертвых солдат в этой войне?»
«И бросить нашу родину?» – спросила Лорна, и Мерк почувствовал, как у него сердце ушло в пятки. Возможно, он совершил ошибку, спросив об этом.
Он пожал плечами.
