– Вот, – сказала Това через десять лиг от берега. Она вручила мне веточку листьев мяты. – Как я и сказала, поможет.
Я бросила несколько листочков себе на язык.
– И как долго добираться до Скиткаста?
– Две ночи при хорошем ветре.
Я имела представление о границах материка, который звался материком только потому, что другие три из четырех наших регионов лежали по ту сторону Воя. Йенс увлекался картографией. Иногда, когда с делами было покончено, я пробиралась в комнату с картами в Доме Штромов и рассматривала границы, мечтая о том, чтобы уплыть прочь.
Фуреном заправлял иссохший от старости лорд Патрик, который взял себе слишком много наложниц и оставил государственные дела на сына, не желая сам с ними разбираться. Хемлиг был меньше, его захватил один процветающий торговец, который, по слухам, был связан обетами с фейри из Южного королевства. Скиткаст с его узкими границами и регионом-то едва ли был, а заправлял им ленивый совет, который брал взятки в обмен на принятие законов в пользу тех, кто готов был за них платить.
Клокглас, единственный из регионов, лежал за морем. Если бы на Востоке и был король, то Лорд Магнат подошел к этому ближе всего. Ивар имел такую власть, какой не было у правителей других регионов. Его слову подчинялись, его жестокости потакали, а его влияние расползлось и через Вой.
На всем материке альверы скрывали свою истинную природу, дабы их не схватили. Люди без средств подвергались жестокому обращению и порабощению. Очень по-клокгласски.
Три тюрьмы в Вое отмечали середину пути между побережьями. Дозорные, мерзкий вид скидгардов, входящих в Тюремные гильдии, охраняли содержащихся там преступников. Слухи говорили о камерах, поставленных одна на другую, а Хаген даже как-то раз рассказывал мне, что решетки сделаны из костей прежних заключенных.
Его держали в одной из тех камер, но забрали у меня слишком быстро, чтобы я успела спросить, правда ли это.
– Все хорошо? – спросил Раум, когда Клокглас совсем исчез из виду. Он потянулся, разминая руки, когда Това сменила его на веслах.
– Мята помогает, – сказала я, вся позеленев от тошноты.
– Ты привыкнешь. Отвлечься хочешь? – он опасливо взглянул на воду. – Я вот точно хочу.
Я подвинулась и похлопала по месту рядом с собой.
– Садись.
Раум послушался, но сплел вместе пальцы и все дрыгал коленями.
– Ты же никогда не покидала Клокглас?
– Только на картах. Мой отчим часто путешествовал, даже за океан Судьбы, в другие королевства. Конечно же, меня он с собой никогда не брал.
Раум поморщился, когда мокрые брызги туманом осели на наши лица.
Я взяла его за руку, решительно, и даже не удивилась, когда он сжал ее в ответ.
– Уж как бы там ни было, – сказал он, когда корабль перестал раскачиваться, – твой отчим – дурак, что плохо с тобой обращался.
Мне стало жарко от его похвалы, и я застенчиво улыбнулась.
– А Скиткаст ужасен?
– Ужасен? Нет. Но, опять же, Скиткаст – это наш любимый регион, потому что мы вращаемся в склонных к преступности кругах.
– Они славятся своими эликсирщиками.
– Ты погляди на себя, знаешь все роды альверов! – Раум коротко мне улыбнулся, но уставился на черную воду, когда волны вновь стали выше.
Я похлопала его по плечу, пытаясь отвлечь его внимание от бурунов.
– Хочешь сыграть со мной в игру?
– В игру?
– В гильдии есть несколько человек, которые не признались, какой у них месмер. Но у меня есть кое-какие догадки. Ты мне скажешь, если я угадаю верно?
Глаза Раума загорелись, а моя идея сработала. Он повернулся к морю спиной, чтобы смотреть на меня.
– Скажу и клянусь купить тебе рог скиткастского броана, если угадаешь правильно. Один рог – и твоя жизнь перевернется.
– Я принимаю такую сделку. – Я оглядела палубу, где гребли Кривы, где Ханна и Эш бросали деревянные кости и где Кейз стоял рядом с Фиске у кормового борта.
Я остановилась на переднем ряду гребцов.
– Гуннар уже продемонстрировал свои хитрые игры с разумом.
– Ну, это легко.
Я постучала по подбородку.
– Еще я знаю, что Линкс – тоже гипнотик. – Массивный Крив сидел достаточно близко, чтобы нас слышать. – Не знаю, правда, как он использует иллюзии. Может, заставляя женщин спать, пока он носит их через сад?
Раум рассмеялся и хлопнул себя по колену. Линкс бросил на нас мрачный взгляд.
– И близко не так, – возмутился он. – Я манипулирую разумом, погружая его в иллюзию спокойствия. Думаешь, это просто?
– Ты успокаиваешь людей? – я фыркнула, прикрывшись рукой.
– А чего ты так удивляешься?
– Ты не то чтобы расслабленный.
Все то время, что я знала Линкса, он всегда все делал быстро и очень любил порядок. Казалось, он ближе всех общался с Гуннаром и единственный из Кривов любил готовить. По правде говоря, ему это неплохо удавалось. Я стащила немного рыбного рагу после дела с Салвиск, и он, кажется, знал об этом и гордился тем, что другим нравится его стряпня.
Това обернулась через плечо со своего места за веслом.
– Кажется, она говорит: «Хватит быть таким правильным и идеальным, Рысик. Пойдем вместе с нами шататься по трущобам».
Линкс лишь шмыгнул носом и посетовал на то, что все его недооценивают.
– Кто еще? – спросил Раум.
