Михаэль теряет самообладание. Снова хватает нож и стринги Дианы летят в мою сторону. Борюсь с собой, но недолго. Пользуясь тем, что он не видит, хватаю их и как последний фетишист вдыхаю ее аромат. Черт! Какие они мокрые… какая она… Остатки воли покидают меня, больше не могу сдерживаться. Дергаю за молнию на брюках и освобождаю член. Диана должна мне отсосать, а после я выдолблю ее во все дырочки. Но пока просто глажу себя, подглядывая за тем, как Михаэль пристраивается между ее широко разведенных бедер.
Стойка гремит, Диана как кукла в его руках. таким я не видел своего друга никогда. Он насаживает ее на член так, что хлюпающие звуки слышны в коридоре. Меня разбирает злость и похоть, что-то невероятное, но возбуждение перекрывает все. Дина кричит, захлебываясь звуками, а он все врывается в нее, видимо, желая вышибить всю душу из хрупкой девушки. Ускоряюсь, каждый ее вскрик мурашками по моей коже. Если мне так хорошо даже от ее визгов, то что будет, когда я снова окажусь внутри? Моментальный оргазм?
Представляю, как изливаюсь в ее киску, как она сжимается, обхватывая мой ствол и, стараясь не выдать себя, кончаю, едва успев подсунуть ее трусики, чтобы не испачкать стены. Ну и дела… Дожил!
– Ох, детка… – слышу, что Михаэль на финишной прямой. Диана уже не кричит, скулит из последних сил, падая на столешницу.
– Да!
От этого завершения мой член набухает. Это невероятно, немыслимо… Я точно не уйду, теперь моя очередь.
– Тебе понравилось, малышка? – голос друга стал ванильно-нежным, даже противно. Она выдыхает что-то похожее на «Да».
Вижу, как он проводит языком по ее губам, Дина отвечает ему.
– Я снова хочу тебя, – шепчет, касаясь членом ее бедра. У Михаэля та же проблема – постоянный стояк.
– Ты меня отпустишь? Там Алекс… в машине… нехорошо… – слова Дианы заставляют сердце биться быстрее. Она думала обо мне, пока ее ласкал мой друг, теперь эта уверенность стала еще больше.
– Если тебе так хочется, я спущусь и скажу ему, чтобы ехал, а сам останусь с тобой. Хотя уверен, что он уже свалил и развлекается с какой-нибудь девицей, снятой в баре.
Сжимаю кулаки. Я не уехал вообще-то.
Она молчит. Не нравятся его слова, точно!
– Дина?
– Да, скажи ему… – тихо соглашается.
– Хорошо. Чтобы тебе было интереснее меня ждать, – Михаэль целует ее в губы и достает из морозилки лед. Девушка вздрагивает от обжигающего холода. Один кубик он размещает в зоне пупка, а другой располагает внизу живота, на бугорке, так чтобы струйки воды стекали по складочкам.
– Ой… это так… ах… – слов не хватает, меня накрывает снова. Слизать бы с нее эту водичку, перемешанную со вкусом сладкой девочки.
– Жди, я быстро. Чур без меня не кончать! А, точно, у тебя же руки связаны, – шутит, остряк. Ну это мы посмотрим…
Михаэль бросает довольный взгляд на Дину и выходит из кухни, двигаясь в сторону ванной.
Едва успеваю шарахнуться в спальню, чтобы он меня не заметил.
Ушел. Отлично. Первым делом запираю дверь. Нам не нужны гости, я не намерен делить удовольствие ни с кем. А после спешу на кухню. Ну что, детка, время настоящего удовольствия?
Стараюсь отдышаться, меня переполняет столько ощущений, не могу сосредоточиться на чем-то одном. Внизу живота пульсирует жар, но к нему тут же добавляется холод ото льда, стекающий струями, до дрожи. Хочется растереть этот коктейль по коже, ожидание томительно.
Михаэль ушел, оставив меня прикованной к столешнице и распаленной желанием. Одного хоть и фееричного раза мало… Не думала, что можно
Лед на животе превратился в холодную лужицу, растекаясь, заливая пупок. Скорее бы Михаэль вернулся, у меня жар и озноб одновременно. Так бывает?
Свожу бедра, сжимаю чтобы хоть как-то облегчить свои сладкие мучения. Приподнимаю таз, чтобы растаявший лед начал активнее стекать.
– Ох… – чувствую, как ледяная вода обжигает внутреннюю поверхность бедер. Сильнее сжимаю ноги, извиваюсь. Снова развожу, широко, чувствуя прохладный воздух, обволакивающий мой внутренний вулкан. Наверное, это выглядит очень странно и пошло. Но меня никто не видит, Михаэль ушел.
Я настолько возбуждена, что даже легкое трение и сжатие бедер приносит невероятный кайф. Начинаю тихо постанывать, чувствуя себя настоящим деликатесом на собственной кухне. Голая, доступная, беспомощная.
– Ну где же ты, а? Как бы развязать запястья?.. – шепчу, дергая ленту. Если бы у меня была хоть одна свободная рука… я бы уже доставляла себе удовольствие, не истязая тело ожиданием мужской ласки.
Кажется, что к ощущениям прибавляется какое-то еще. Новое. Дыхание?
