Лютер был среди тех немногих, кто не стал прятаться на полках. Он сидел в углу, пил виски, но в картежной игре не участвовал. Румянец вернулся на его лицо, после туалета ему стало явно лучше. Он читал иллюстрированный журнал «Новости Лондона». Эдди подошел и тронул его за плечо. Лютер поднял глаза, посмотрел на него немного испуганно, потом на его лице проступила ненависть.
— Капитан хочет поговорить с вами, мистер Лютер, — нейтральным голосом сказал Дикен.
Лютер забеспокоился, маленькие хитрые глазки забегали. Эдди пришлось сделать ему знак кивком головы. Лютер отложил журнал, отстегнул пояс и встал.
Эдди повел его в носовую часть мимо второго отсека, но, вместо того чтобы взбираться по винтовой лестнице наверх, он втолкнул его в туалет.
Там было довольно противно, пахло рвотой. В довершение всего, они были не одни. Какой-то пассажир стоял у умывальника, тщательно моя руки. Лютер прошел дальше к кабинам, а Эдди вынул расческу и сделал вид, что причесывается. Наконец пассажир вышел.
— В чем дело? Какого черта тебе нужно? — резко спросил Лютер.
— Заткнись и слушай. — Эдди не хотел раздражаться, но его вынуждали. — Я понял, почему ты здесь, разгадал ваш план и намерен внести в него кое-какие коррективы. Когда я посажу самолет, Кэрол-Энн должна находиться рядом, в вашей лодке.
— Ты не можешь диктовать никаких условий, понял? — злобно прошипел Лютер.
Эдди отреагировал мгновенно:
— О'кей, тогда считайте, что сделка расторгнута.
Лютер скорчил рожу.
— А теперь, послушай меня, ты, кретин. Ты чертовски хочешь получить назад свою жену и потому посадишь самолет.
Эдди сверкнул глазами и отрицательно покачал головой.
— Нет, ошибаешься. Я вам не верю. Я все сделаю, а вы меня надуете. Рисковать я не собираюсь, мы должны заключить сделку на новых условиях.
— Никаких новых условий.
— Ладно, — небрежно заметил Эдди, будто давно уже все про себя решил. — Тогда и ты отправляйся в тюрьму, гад.
Лютер нервно захохотал.
— Что ты несешь, чудило?
Эдди почувствовал, что Лютер постепенно теряет апломб.
— Пойду и признаюсь во всем капитану. Тебя высадят на следующей же остановке. Полицейские уже будут ждать, не сомневайся. И ты загремишь в тюрьму — в Канаде, где дружки тебя уже не выручат. Предъявят обвинение в похищении людей и захвате заложника плюс попытка захвата авиалайнера в воздухе — да, ты можешь загреметь на всю жизнь.
Лютер сопротивлялся, напуская на себя бравый вид.
— Нет, все уже условленно. Поздно что-нибудь менять.
— Ничего не поздно. Можешь связаться со своими людьми по телефону из Ботвуда и дать им соответствующие инструкции. У них будет семь часов на то, чтобы доставить Кэрол-Энн к месту стоянки. Успеют.
— Хорошо, — неожиданно согласился Лютер. — Если ты так настаиваешь…
Эдди не поверил бандиту — слишком уж легко далась победа. Что-то подсказывало ему: осторожней, тебя хотят провести.
— Передашь им, чтобы на последней стоянке, в Шедьяке, они связались со мной и подтвердили выполнение обговоренных условий. — Лицо Лютера исказилось от гнева. Эдди понял, что попал и точку. — И потом, когда ваша лодка или катер подойдет к клиперу, я хочу видеть жену на борту, прежде чем открою люк, понял? Если ее не будет, тут же подниму тревогу. Оллис Филд моментально схватит тебя, ты и пикнуть не успеешь, да и Береговая охрана подскочит вовремя, будь уверен, ребятки и глазом не моргнут. Так что лучше без шуток — либо вы все мертвецы.
Казалось, к Лютеру вернулось хладнокровие.
— Ерунда, ничего ты не сделаешь. Не будешь же ты рисковать жизнью жены, правда?
Эдди попытался внушить ему хоть какое-то сомнение.
— Ты уверен в этом, парень?
Но его усилий оказалось недостаточно.
— Да, если только ты не сумасшедший, — ответил гангстер.
Правильно, сумасшедший. Лютер, сам того не ведая, подсказал ему верное решение. Теперь требуется лишь убедить гангстера в том, что он способен на самый безумный поступок, ничего не побоится.
— Сейчас я тебе, сволочь, покажу, кто из нас псих. — Он схватил бандита в охапку, с силой прижал его к стене, напротив большого квадратного иллюминатора. Пару секунд Лютер был так удивлен, что вообще не оказывал никакого сопротивления. — Сейчас увидишь. — Эдди дико выпучил глаза, быстрым движением сделал своему противнику подсечку, и тот рухнул на пол. В этот момент он был действительно невменяем, потому что яростно потащил Лютера к иллюминатору, дорогим костюмом вытирая пол. Эдди с размаху ударил в стекло ногой, на нем были крепкие ботинки, но и стекло сделали на славу — все-таки, прочный плексиглас, 3/16 дюйма толщиной. — Убью, все равно выброшу из окна, — плевался Эдди, изо рта брызгала слюна. Он ударил опять. На этот раз окно разлетелось. Осколки стекла посыпались на пол. Самолет шел со скоростью 125 миль в час, в помещение сразу ворвался ураганный вихрь, дождь, снег, льдинки.
Лютер попытался подняться, Эдди схватил его за грудки, сильно тряханул, опять прижал к стене. Ярость добавила ему сил. Он поднатужился, оторвал противника от земли, чуть приподнял и неожиданным образом сунул его голову в иллюминатор.
Лютер заорал, но его крик заглушил ветер.
