Дверь открылась так неожиданно, что он едва не подскочил на табурете. Тамара – заплаканная, несчастная, склонилась над ним и крепко обняла. Торопливо целуя его висок и шею, женщина зашептала, что они немедленно, немедленно должны пойти к следователю, который ведет дело ее свекрови. Ее ласки так резко расходились с трезвыми, деловитыми речами, что Олег едва не улыбнулся, хотя ему было не до смеха.
– Прямо сейчас? – спросил он. – Ночь на дворе.
– Завтра же, с утра! Теперь мы должны все рассказать. Все вообще!
– И ты больше не будешь…
– Нет. – Она зажала ему рот горячей соленой ладонью. – Больше ни слова против не скажу. Ты прав, нельзя так слепо верить в чью-то непогрешимость. Ты прав, молчи!
На этот раз их принял сам следователь. Он уже был знаком с Тамарой, Олега же видел впервые. Но судя по всему, слышал о нем.
Тамара сразу взяла инициативу в свои руки. К утру она успокоилась настолько, что теперь производила впечатление какой-то древней воительницы, готовой идти по своему тернистому пути до конца. Она говорила четко, связно, совершенно бестрепетно. И умудрилась изложить долгую историю, связанную с картами, за какие-то двадцать минут.
У следователя был ошалелый и вместе с тем серьезный вид. И он стал еще более серьезен, когда на стол легли сами виновники происшествия – пятнадцать пергаментных листов. И вид у них был такой внушительный, что не последовало ни единого возражения или вопроса. Некоторое время мужчина благоговейно рассматривал карты. Наконец попросил повторить историю, связанную с визитом к глухому Кирюше. Особенно он заинтересовался адресом загадочной избушки.
– Проверим, чья она, – пообещал он. – А пока вот что. Телефон отключать не стоит, а вот если позвонит этот ваш букинист – ничего определенного ему не говорите.
– А вдруг он будет настаивать, торговаться?
– Дайте понять, что сомневаетесь, но наотрез не отказывайте. Пусть думает, что вы с ним торгуетесь. Кстати, когда обыскивали вашу квартиру, дверь взламывали?
Олег признался, что замки были просто открыты. Сейчас они исправно действуют – никаких следов взлома.
– Тогда на время перемените место жительства, – посоветовал следователь. – И оставьте мне ваш мобильный телефон, я на днях позвоню. Одним словом, без моего звонка ничего не предпринимайте. И еще – где это ваше хранилище?
Записав все адреса и телефоны, он признался, что никак не ожидал от своего дела подобного оборота. И снова взглянул на карты. Было видно, что он колеблется. Тамара поняла:
– Вы хотите оставить их у себя?
– Да, здесь будет надежнее… Только под каким соусом их оформлять? – засомневался тот. – Как вещдок? Имущество-то государственное.
Пара провела в коридорах и кабинетах еще около часа. Они снова давали разнообразные показания, подписывали бумаги. И когда оказались на улице – уже без своего драгоценного и проклятого груза, – оба с облегчением вздохнули.
– Куда ты думаешь переехать? – спросила Тамара. Она задала этот вопрос будто вскользь, но Олег понял ее волнение. Ему вспомнились ее слова: «Едва влюбившись, я сразу думаю о том, как меня бросят…»
– Лучше всего – к моей маме, – сказал он. – Она будет очень тебе рада. В общем, я ничего не боюсь, могу остаться и дома, но вот ты… Я ведь теперь не один.
Женщина ничего не сказала. Но даже ее молчание было красноречиво и благодарно. Они уже садились в машину, когда Тамара неожиданно сказала, что она тоже не боится Семена Федоровича. Он для этого слишком нелеп и суетлив. А уж Кирюша! Ей, скорее, страшно за него самого – как бы не рассыпался от дряхлости.
– Но ты же понимаешь, что убивал кто-то другой! – возразил Олег. – Думаю, что это некто посильнее старого букиниста или Кирюши.
Та замялась. А потом с нервным смешком призналась, что знакомство с матерью Олега пугает ее намного больше, чем встреча с возможным убийцей.
– Ничего себе, комплимент для мамы! – возмутился он. – Чего ты вообще боишься?
– Ну, например, – как ты собираешься меня представить?
– Как невесту, – хладнокровно ответил Олег. – Сестра возмутится, но зато мама будет сдувать с тебя пылинки!
Тамара неуверенно улыбнулась.
И все-таки к маме они не поехали. Тамара сочла собственную квартиру намного более удобным местом, хотя и не слишком безопасным. Ясно было одно – за время отсутствия хозяйки в ней никто не побывал. Все вещи оказались на своих местах. И Тамара заметила, что вовсе этому не удивляется:
– Теперь они знают, что карты у тебя, тебя и будут выслеживать. Хорошо, что мы поехали прямо сюда! За твоей квартирой наверняка следят и, возможно, во второй раз ее обыщут.
Олегу этот переезд совсем не импонировал, но приходилось мириться. Он даже не захватил денег и теперь жил за счет Тамары. Судя по ее довольному виду, женщине очень все это нравилось.
