«Милиции, наверное, удалось узнать больше, – подумал он. – Нашли каких-нибудь свидетелей, сделали экспертизу. А что могу я? Да ничего. К этой парочке больше не пойдешь – второй раз мне так не повезет. Они и сейчас уже провожали меня нехорошими глазами. Тамара? Она сказала все, что знала. Или что хотела сказать. Ничего я не выяснил, ничего ровным счетом. Во вторник в Москву вернется Николай, и Нина поедет домой. Она уже почти успокоилась – заставила себя поверить в несчастные случаи. Конечно, так легче пережить это смутное время. Она спокойно спит, чувствует себя в безопасности. Потом вернется под защиту мужа. А в следующую среду или в четверг ее снова попытаются убить».
Он подумал о том, чтобы самому позвонить в милицию и попросить о помощи. Так советовала и Тамара. Но… «Разве меня будут слушать? Мы с Ниной уже это обсудили. Ведь она жива-здорова. У нее нет никаких доказательств, что все это в самом деле случилось с ней. Телефонный звонок на работу? Кто его проверит? Отпечатки пальцев в квартире? Кто их будет снимать, если ничего не украдено! Машину в переулке никто не видел, от запаха газа давно ничего не осталось. Она умудрилась даже опоздать на собственное убийство, из-за нее погибла другая. Нет, меня поднимут на смех!»
Он медленно пошел к своей машине, но потом остановился. Его привлек разговор двух женщин на тротуаре. Одна из них держала на поводке собачку – лобастого кокер-спаниеля с кудрявыми ушами. Спаниель подрагивал то ли от ветра, то ли от возбуждения. Ему хотелось побегать, а хозяйка стояла и разговаривала с соседкой.
– Похороны завтра? – спрашивала она.
– Да, в воскресенье. Повезло.
– Почему?
– Служба будет пышнее.
– А если не заплатишь, ничего не будет, – раздраженно бросила хозяйка спаниеля. – А Валерка не раскошелится.
Олег достал из кармана сигареты. Закурил, отвернувшись от ветра. Он делал вид, что просто остановился покурить, чтобы женщины не обращали на него внимания. В его сторону было брошено несколько быстрых взглядов, но потом собеседницы потеряли к нему всякий интерес и снова повернулись друг к другу.
– Она к тебе заходила, его новая?
– Да, вчера вечером. Я ей пятьдесят рублей дала. А она такими глазами смотрит, будто еще просит, – фыркнула женщина с собакой. – Вообще, что это за манера? Каждый дает, сколько может и хочет, а не хочет – не дает. Пользуются тем, что похороны… В другое время я бы ей дала!
– А на поминки тебя позвали?
– Да, пригласила. Завтра в три.
– И ты пойдешь?
– Наверное. – Женщина с собакой повыше подняла воротник дубленки. – Ну и погодка, Божье наказание. Интересно, сколько же она с меня взять хотела? Неужели сотню? Хотят устроить шикарные похороны? Все равно часть оплатит город. Маша ведь инвалид, пенсионерка… Мне даже странно, что детки так ради нее стараются!
– При жизни бы старались, – заметила другая. – Знаешь, я ведь первый раз к ним домой заглянула, на днях. Не очень-то шикарно они живут. Я думала – лучше. А все потому, что одеты всегда прилично. Даже Маша.
Сигарета дотлела. Олег решил заняться уборкой машины – на стекла и дверцы налип медленно сыпавшийся с неба снег. Он достал щетку и медленно начал чистить машину, продолжая прислушиваться.
– Из-за чего ее убили? Ограбили?
– Нет. Говорят, даже денег не взяли.
Женщина с собакой испугалась:
– Что, просто так убили?! Ну, сволочи!
– Кто ее знает, за что убили, – неохотно заметила другая. – Может, кому-то помешала.
– Она? Да кому? Я тут лет десять живу и всего пару раз с ней говорила. Она же все время сгорбившись бегала, чтобы на глаза не попадаться.
– Точно, – согласилась с ней соседка. – Вообще-то странно. Что ей было скрывать, да? Нет, я думаю, убили ее не зря.
– Да ты что!
– Я имею в виду – была причина. Ее же застрелили!
Но женщина с собакой с ней не согласилась. Она сказала, что не верит, будто Маша была в чем-то замешана. Так не бывает и потом, они и жили бы получше. Чем мучиться с такими детьми, лучше повеситься! Она ведь живет за стеной, и если там начинают орать – все слышно через слово! Будь у Маши солидные друзья, да еще при оружии, – она бы давно оттуда уехала.
– И вообще, глупости, – резко сказала она наконец. – Если кто и хотел ее убить, то это детки.
Соседка ахнула, и они немедленно перешли на шепот. Олег больше не мог расслышать ни слова. Он бросил щетку в багажник и повернулся к женщинам. Те испуганно застыли.
– Извините, – сказал он. – Я тоже знал Машу…
И с ужасом понял, что фамилии покойной так и не удосужился спросить. Даже отчество, без которого женщину в таком возрасте ему называть неловко, было ему неизвестно.
Но женщинам отчество не потребовалось. Они заинтересовались совсем другим:
– Вы с ее бывшей работы?
– Да нет, – Олег покрылся испариной. Он не знал, кем в свое время работала Маша. – Я родственник, дальний. Вот, случайно узнал…
Глаза у соседок загорелись. Его просто потрясло, как они обрадовались, услышав такие слова.
– Вы у них были? – кивнула на подъезд женщина с собакой. – Ну и что они вам сказали?
– Сказали, что ушла из дома вечером, и вот…
