Хрусталем играет даль.
И прошла тоска – печаль…
Засмеялась ночь, поёт
И волшебным светом льет.
Веселятся и танцуют.
Парни пляшут, колядуют.
Стая девушек с мешком,
Да Оксане в отчий дом.
Смех, и визги, и рассказы
Про невинные проказы.
Хвастают про щедрый дар:
“– Посмотри, какой товар.
Здесь вареники, колбасы
На гуляние припасы.
У подруги, у сестрички,
Золотые черевички
К Рождеству подарок пан.
Подарил. Завидно нам.”
У Вакулы кровь взыграла:
Знать, любви девицам мало…
“– Как увидишь ты зарю,
Еще лучше подарю!”
“– Ты ? – Оксану не пронять.
Ей Вакулу б осмеять
– Знай, свои отдаст царица.
Значит, сможешь ты жениться…
Коль с ее ноги возьмёшь
И к утру мне принесешь,
Стану для тебя женой.
Ну, ступай. Господь с тобой!”
Черт, зашедший на минутку,
У Солохи не на шутку
Разогрелся, разомлел
И к вдове поближе сел,
Шепчет пряности на ушко.
Заодно с плутом подружка,
Да к тому же скучно ей.
С чёртом как-то веселей.
Любит, чтоб за ней толпой
Мужиков кружился рой.
Да друзья все на кутью…
Дьяк сварил ее бадью.
Стук– и все переменилось,
Но Солоха не смутилась.
Черт залез в мешок пустой.
И в избе настал покой.
Голова в ворота бьёт.
Чарку вдовушка несёт.
Выпил водки, закусил,
Снег стряхнул, заговорил:
“– К дьяку зван, а не дойти.
Подвела метель в пути.
Да и мрак такой густой.
Вечер проведу с тобой.”
Кто-то там опять стучит
И тихонько голосит…
Дьяк в метель добраться смог.
“– Прячь скорей , давай мешок…”
Голова в него укрылся.
Новый гость в дверях явился
И затеял разговор.
Но стучат, идут во двор…
Крик. И снова громкий стук.
Чарка выпала из рук.
“– Прячь скорей, не ровен час.
Вместе тут застанут нас…”
Юркнул он в большой мешок
И свернулся там в клубок.
Месяц радостно горит.
На пороге Чуб стоит.
И Солоха без стесненья
Ставит гостю угощенья…
Только стук и крик опять:
“– Отвори калитку, мать.”
Сын не вовремя вернулся -
Чуб закуской поперхнулся
И, забыв свою подружку,
Прыгнул дьяку на макушку.
Их большой мешок вместил
Дьяк крепится, что есть сил.
А кузнец перекрестился
Да на лавку повалился.
И глаза уставил в пол.
Сразу видно– очень зол.
На мешки направил взгляд.
Те стоят, как дружный ряд.
“– Ох, Оксана довела.
Позабыл про все дела.
Уголь в хате до сих пор.
Надо вынести на двор.”
Сел, мешки перевязал,
Погрустил маленько, встал .
И на плечи их взвалил,
У Вакулы хватит сил.
Он рукой подкову гнёт
Вес такой за раз возьмёт.
Самый маленький мешок
Для него, как узелок.
Видно: инструмент забыл
В нём, когда ковал кобыл.
Чёрт боится, сипло дышит,
Но кузнец его не слышит.
А на улице народ
Крутит пёстрый хоровод.
Догонялки, шутки, шум.
Лишь кузнец бредёт угрюм
Прямо в кузню без помех,
А в толпе знакомый смех.
“– Много наколядовал,
Черевички мне достал?
Иль к царице не добрался…”
И Вакула тут смешался.
Сердце ранили смешки.
Бросил наземь он мешки.
“– Всё! Прощай, Мне жизни нет.
Не увижу больше свет.
В церкви батюшке скажите,
Панихиду отслужите.”
И, схватив лишь узелок,
Побежал, не чуя ног.
Но утих душевный пыл -
И Вакула поостыл.
Да и некуда бежать.
Пропадать – так пропадать.
Может вылечить недуг
Лишь один казак Пацюк.
Говорят, чертей он знает,
Занемогшим помогает.
Будь, что будь, и ждет, что ждет…
К Пацюку кузнец идет.
Словно кто-то за спиной
Потерял в мешке покой.
По-турецки на подушке
Ловит ртом Пацюк галушки.
И вареники взлетают,
Прямо в губы попадают.
И кузнец оторопел:
Как сказать, чего хотел…
“– Я к тебе пришел, Пацюк,
Может, ты поможешь вдруг?
К чёрту надо мне попасть,
Чтоб в душе умерить страсть.
Вот к тебе решил зайти.
Где бы мне его найти?”
Подлетел вареник вновь.
И Пацюк нахмурил бровь.
“– Эх, Вакула, он с тобой
Притаился за спиной -
И вареник прыгнул в рот -
Вишь, какое диво – вот…”
“– Что ж греха мне набираться,
Для кого, зачем стараться?
Зря задал я свой вопрос.” -
И Вакула на мороз
С теплой хаты вылетает,
Узелок на снег бросает.
Развязался узелок,
Черт верхом на шею скок …
“ – Это я, Вакула – друг,
Помогу избегнуть мук .
Может, Бог тебя осудит,
Но Оксана наша будет.
Денег, сколько хочешь, дам.
Ну, ударим по рукам?”
Тычет рыльцем и слюнит.
Сладость в голосе звенит.
Где-то там в воротах ада
Черта ждёт уже награда.
“– Что, Вакула, испугался?”
Черт, хихикнув, рассмеялся…
“– Я, готов!” – кузнец сказал, -
Чтобы кровью подписал.
Гвоздь бери, залезь в карман.
Не почуял черт обман.
А Вакула вспомнил пост
И поймал плута за хвост.
И над чёртом крест творит.
Тот, как резанный вопит,
Стонет, просит не губить,
Обещает сослужить.
“– Ладно. Слушай мой приказ:
«Мчи к царице сей же час!»”
И от страха обомлел –
Он на нечисти взлетел.
На рогатом и верхом.
А внизу Оксаны дом.
А Оксана размышляет:
“– Что же речь та означает
У Вакулы с языка?
Слишком я к нему строга.
Может, краешком, но дать
Кузнецу поцеловать?
Вот доволен будет он…”
Снова гам со всех сторон.
И красавица – девица
Веселится и резвится.
Прибаутки да стишки.
На снегу стоят мешки.
Их Вакула позабыл.
След его давно простыл.
Роскошь! Вот еды набрал.
Что же он туда поклал?
Будем праздники гулять…
Ох, и тяжесть! Не поднять.
И за санками бегом
Одолжить в соседний дом.
Кум Панас идёт с шинка.
Дали там ему пинка
Не налили больше в долг.
Знает кум в горелке толк…
Прятки , игры , да снежки.
Видит он: стоят мешки.
Взялся было – не поднять.
Надо быстро помощь звать.
(Колядующий забыл).
Одному не хватит сил.
