Маттер протянул ему серебряную монету, и они с Хадденом забрались на просиженный диван экипажа.
– Я знаю, как пройти через рынок коротким путем, – негромко сообщил капитан. – Но вот дальше придется искать дом самим, потому что я бывал там всего два раза, и то уже в сумерках.
– У меня есть карта, – возразил Маттер.
– Я не думаю, что эти три кривые улочки на ней обозначены. Впрочем, давайте посмотрим.
Хадден оказался прав: кварталы за старым рыбным рынком, который давно уже потерял свое значение и превратился в одну из городских клоак, на карте Майли выглядели просто неровным серо-зеленым пятном. Маттер выругался. Картографией в Пеллии ведала особая коллегия, подчиняющаяся непосредственно Тронной Канцелярии, а уж там служили педанты, каких мало. Свое дело они знали туго, так что на пеллийских картах «белых пятен» почти и не осталось; тем более странно было видеть такое безобразие на карте одного из старейших южных портов.
Впрочем, сказал себе раздраженно князь, здесь можно узреть еще и не то…
Извозчик ехал довольно долго: огибающие порт улицы оказались плотно забиты транспортом, по большей части – тяжелыми паровыми тягачами, которые шли к восточным выездам из города. Во влажном воздухе дым двигателей казался каким-то особенно вонючим.
– Угли тут дерьмовые, что ли? – пробормотал Маттер, когда их накрыло очередным серым облаком.
– Все проще, – помотал головой Хадден. – В порту водители загружаются «нижним» углем, который сбрасывают приходящие из-за океана пароходы – ну то есть пылью фактически. Машина идет плохо, дымит жутко, но им плевать: важно, что на этих помоях они экономят не одну сотню, а скорость – дело десятое. На подъем тянет, да и ладно!
– Хитрецы, – сплюнул в сторону князь. – Хотя их, конечно, можно понять. Пароходные механики чистят бункера, а «нижний», в принципе, тоже горит. Но я бы на таком ездить не стал: решетки потом драить – из шкуры вылезешь.
Ворота рыбного рынка появились довольно неожиданно: только что пролетка шла мимо старенького храмового парка, одного из многих в этой части города, как вдруг зелень осталась за спиной, а впереди возникли серо-коричневые силуэты древних торговых рядов, обнесенные низким кирпичным забором, в котором там и сям зияли поросшие растительностью проломы.
Маттер вежливо поблагодарил возницу и спрыгнул на кривую брусчатку. Собственно, от самих ворот остались лишь два столба из почерневшего кирпича: высокие, когда-то солидные, они выглядели одним из символов того настоящего Майли, от которого сейчас осталась одна только тень.
– Да, – уловил его мысль Хадден, – когда это все строилось, рыботорговцы были весьма привилегированным цехом. Большие были люди. И те дома, – он показал рукой направо, где за рынком виднелись поржавелые железные крыши со множеством печных труб, – тоже не из дешевых были.
Маттер ответил ему кривой понимающей усмешкой. Он не испытывал особого пиетета к былым достижениям господ рыботорговцев этого города. Говоря попросту, данный этап великой пеллийской истории его не интересовал.
Хадден уверенно повел своего хозяина мимо полуразрушенных торговых рядов с каменными прилавками, за которыми кое-где шла какая-то сомнительная торговля. Основная масса коренных обитателей рынка представляла собой вдребезги пьяных оборванцев; многие бросали на князя недоуменные (а порою довольно хищные) взгляды, но он не обращал на них ни малейшего внимания.
За долгие десятилетия странствий по планете князю Маттеру случалось бывать в таких местах, рядом с которыми старый полузаброшенный рынок в Майли выглядел просто королевским парком.
Они выбрались с территории рынка через пролом в заборе, обильно загаженный и воняющий мочой. Все так же молча Хадден махнул рукой и свернул направо, туда, где за углом начиналась неровная узкая улица, застроенная по обеим сторонам кирпичными домами в три-четыре этажа. Стены их были закопчены до черноты, окна не мылись, наверное, не один десяток лет. Некоторые входные двери подъездов висели на последней петле, а кое-где они отсутствовали вовсе. Из темных подворотен несло гнилью.
Прохожие, выглядящие если и чище базарных пьянчуг, то лишь ненамного, попадались редко. Дойдя до перекрестка, Хадден остановился.
– Вот налево нам или направо – этого я совсем не знаю, – сообщил он. – И спросить не у кого.
– Положимся на судьбу, – дернул плечом Маттер и свернул налево. – Нам нужна 2-я Якорная – пойдем по кругу.
Через две сотни шагов они выбрели на Якорную 1-ю, а потом, дав крюка, нашли и 2-ю. Искомая улочка выглядела чуть приличнее остальных, во дворах даже виднелись фруктовые сады, не отличающиеся, впрочем, особой ухоженностью. Маттер остановился возле пятого номера и снял шляпу, чтобы сподручнее было чесать затылок.
– Квартира восемь, – пробормотал он. – Это, значит, под крышей… а вход тут со двора, что ли?
