Качан бросил взгляд на площадь. Несколько одиноких прохожих тянулись к ларькам.
Борьке показалось, он узнал Николу.
«Никола, наверняка, сообщил, что мы не встретились. Возможно, меня уже ищут!..»
После звонка Николы Игумнов первым делом связался с Домодедовской милицией.
Фальшивый заявитель из МВД — подполковник Черных — и его неудачная попытка подставить ночной наряд под удар Коллегии на время ушли в сторону. Игумнов сразу забыл о них.
— Алло, дежурный…
Поговорить с домодедовским дежурным не удалось. Трубку снял помощник, ничего вразумительного о готовящейся на станции разборке он сказать не мог.
— Я доложу ответственному, когда приедет…
— И еще. Там, на станции, наш старший опер. Качан… Пусть его объявят по перронному радио.
— Это мы сейчас.
Прошли еще полчаса. Качан так и не объявился.
Оставалось ждать и одновременно готовиться на случай, если старший опер оказался в гуще начинающейся в Домодедове разборки. Для начала следовало еще заранее, сейчас, определить возможный состав ее участников.
Игумнов задумался.
Никола сообщил про две бригады. Одна была связана с нигерийскими наркокурьерами, вторые — частные охранники неизвестной фирмы. Сюда входили и те двое, с которыми Никола ехал в электричке от Нижних Котлов. Эти выслеживали первых…
Мосул Авье на переходном мосту, скорее всего, ждал третью команду партнеров по наркобизнесу.
Впрочем, у Игумнова были и до этого сообщения на африканца. Они поступили от другого его помощника, точнее помощницы.
Агент Игумнова — Ксения работала «по иностранцам». Еще в январе, беседуя с соотечественниками, Мосул Авье в ее присутствии вставил в разговор название знакомой станции. Он упомянул «Домодедово»…
Компания тусовалась в Конькове на пересечении Островитянова и Академика Волгина — в студенческом общежитии нигерийцев. Там в тот раз языки развязались полностью.
Из осторожности Игумнов не вписал название станции в сообщение. Как и подозрения Ксении по поводу пистолета и наркотиков, находившихся в тот момент у ее нигерийских приятелей в общежитии.
Игумнов записал лишь десяткую часть намеков и разговоров.
Предосторожность шла от его, Игумнова, опыта.
Любое сообщение с упоминанием наркобизнеса или огнестрельного оружия немедленно попадало на контроль Вверху. Потом ни с Игумнова, ни с его помощницы уже не слезли бы…
И вот этой ночью данные его помощницы неожиданно получили подтверждение. Никола тоже говорил об Африканце и о Домодедове.
Данные агентов совпали.
Ни о чем не подозревавший Качан оказался в самом эпицентре событий…
Игумнов взглянул на часы, набрал номер телефона.
— Алло!
— Я слушаю… — У телефона была Ксения, она уже спала: — Чего так поздно, начальник?!
Они работали вместе несколько лет. Сотрудничество их началось почти сразу после ее совершеннолетия.
— Как ты?
— Я в порядке… — У Ксении был молодой свежий голос.
— Догадываюсь.
Отношения их за все это время претерпели различные изменения — от самых близких до чисто служебных. Сейчас в них снова заметно наступало потепление. Дело шло к весне…
— Что-нибудь срочное?
— Ты както говорила об африканце и Домодедово…
— Да. Это Мосул.
— Напомни еще раз, как он выглядит…
— Высокого роста, стройный. Правильные черты лица…..
— Одет?
— По разному. Иногда в длинное пальто до пят. Знаешь? Иногда, как наши, в кожаной куртке или даже в джинсовке…
— На голове шапка…
— С наушниками. Обычно он их завязывает под подбородком. У него отморожено ухо.
«Точно он…»
— Что-нибудь еще, Игумнов?
— Я хочу, чтобы ты срочно перебралась к ним в общежитиие.
— Прямо сейчас?! — Она подумала. — А что? Это мысль…
Ксения была авантюрного склада. В ее лице Федеральная Служба Безопасности наверняка потеряла разведчицу экстра- класса, российскую Мата Хари…
— Возьми такси. Придумай причину. Самого Мосула Авье в общежитии сейчас нет. Он в Домодедово в интересной компании. Будет лучше, если ты подождешь его возвращения. Может удастся что-нибудь узнать.
— А что там, в Домодедове?
— Похоже готовится разборка. Там Качан. Для него это может оказаться…
Игумнов привез словцо из Афгана: так арабы называли
— Что ж! — Задание оказалось ей по душе. — Сейчас выезжаю…
— Если будут какието осложнения, по первому твоему звонку мы сразу подъедем…
— Ребята живут на шестом, так что прихвати пожарную лестницу…
— Мы выстелим внизу коробки, чтоб мягче приземляться…И еще. Помнишь? Ты приезжала в суд, когда судили нигерийцевнаркокурьеров…
— Задержанных в Шереметьево…
— Да.
О посещении его помощницей судебного заседания в ее рабочем деле тоже не было ни слова. И это Игумнов тоже сделал намеренно. В Главке наверняка нашлись бы охотники использовать Ксению по линии борьбы с незаконным оборотом наркотиков гденибудь на другой Дороге, на СевероКавказском или Азиатском направлении.
Это было опасно и хлопотно. Неизвестно в чьи руки она могла попасть.
«Чужой агент, а оперативники — они разные…»
Ради карьерного успеха кто-то мог послать девчонку в самое пекло. Подставить, спалить.
— Я им сказала тогда, что хочу попрактиковаться в синхронном переводе…
Ксения усиленно зубрила на своих курсах английский.
