Гонсало кивнул на разложенный на диване чемодан и на пару уже упакованных кейсов, стоящих у двери.
— В ближайшее время я прощаюсь с Прерией, Гонсало… — Энни грустно вздернула хрупкие плечи и принялась освобождать кресло от набросанных на него бумаг. — Садитесь сюда. Плевать, что обивка промокнет… Меня переводят отсюда на Джей. Или — на Квесту — на Малую Колонию, в смысле… Хотя — черт один, что одна дыра, что другая… Милые землеподобные планеты с провинциальными политиками сверху и тупой деревенщиной снизу. На что еще может рассчитывать нормальная журналистка всего на третий год после университетской скамьи? Секретариат вашего Президента выразил недовольство моими последними публикациями о здешней политике. По предстоящему визиту этого Оружейника с Чура… Тора Толле… А мои начальники в «ГН» не любят ссориться с регионалами. Вот и кофеин нашелся…
Гонсало молча глотал таблетки, разгрызая их, чтобы ускорить всасывание, и судорожно захлебывал обломки отвратительной жижей, которую милая китаяночка считала почему-то чаем.
— Вот как раз из-за господина Толле я к вам и пожаловал… Хотя…
У вас — перед отъездом — наверное, проблемы с наличностью?
Гонсало с хлюпаньем грохнулся в кресло.
— Так вы хотите продать мне материал по Толле? — Энни призадумалась, растерянно стоя над разбросанными вещами. Потом пожала плечами.
— Пожалуй, в кассе корпункта найдется кое-что — на черный день. Вы знаете наши расценки…
— Сейчас меня устроит любая сумма. Признаюсь, мисс, Гонсало приходится ложиться на дно… Хотя бы на полгодика. Тут уж не до того, чтобы торговаться. Но материал стоящий. Вам не придется жалеть.
— Господи, вас ищет полиция… — скорее констатировала, чем спросила Энни.
— Полиция — это далеко не худший вариант, мисс. Если господа с Козырной набережной будут мною интересоваться — после того, как я вас покину, естественно — можете не скрывать от них ничего…
Гораздо хуже для меня — встретиться с людьми, скажем… скажем, господина Магирова…
— Почему бы вам тогда сразу не сдаться полиции, вместо того, чтобы с таким-то хвостом являться на квартиру к одинокой и беззащитной девушке? — искренне возмутилась Энни.
— Так что — одиноким и беззащитным девушкам не нужен сенсационный материал по Тору Толле? — с раздражением спросил Гонсало.
— Нужен, — призналась Энни. — Выкладывайте, что там у вас.
— Похищение, — коротко определил Гопник. — Гость похищен с целью выкупа. Соответственно прикиньте цену этой информации.
— Вы в ней уверены, Гонсало? — озабоченно спросила Энни, вытягивая из кармана дорожной сумки чековую книжку.
— Я был уполномочен вести переговоры — это, конечно, не для печати, мисс… Так что можете быть уверены.
Энни молча заполнила чек и протянула Гопнику.
— Это все, что «Гэлэкси» может заплатить вам сейчас. Ваша анонимность подразумевается… Теперь я жду деталей.
Гонсало досадливо посмотрел на гербовый листок, прикинул, в какую часть своего мокрого одеяния мог бы его спрятать и оставил в руке.
— Мои доверители — я не спешу называть их имена — поручили мне провести конфиденциальные переговоры относительно возможности освобождения человека, фото которого было в их распоряжении. В тот момент я не знал о ком именно идет речь… Я мало интересовался Чуром и его Оружейниками… Однако с вашими публикациями, мисс, знаком. Я эти переговоры провел. Они проходили в Министерстве Юстиции и закончились всего пять часов назад. Ни разу имя человека на фото не было названо. Моими контрагентом был бывший первый секретарь минюста Пареных — член гильдии адвокатов. Формально он — на пенсии, консультант.
Присутствовал господин Смирный из ГБ. Младший следователь. Я часто контактировал с обоими в подобных деликатных вопросах…
— Они подтвердят это?
— Думаю, не станут отрицать… Существуют расписки и все такое… Я повторяю, что не называю имен своих доверителей и не предъявляю им обвинения в похищении человека. Речь идет только о содействии его освобождению… По сути, они взяли на себя благородную функцию…
— Разумеется, — заломила цвета воронова крыла бровь Энни.
Гонсало не реагировал на иронию.
— Дело в том, что я сам стал предметом похищения. В результате утечки информации, видимо. И сейчас мои доверители и сам похищенный… Гость… Они на прицеле у куда более серьезных людей… Им угрожает серьезная опасность. В дело вмешалась мафия. Не для печати будь сказано, они уже присвоили себе сумму первой части выкупа, которую я должен был доставить моим доверителям от имени министерства юстиции… И сейчас преступники активно ищут и моих доверителей и самого Гостя. Если не нашли уже…
— Вы имеете ввиду группировку Магирова? «Торговые дома Побережья»? — голос Энни стал неприязненным.
— Я назвал Магира только для примера… Скажем так. Сейчас я не готов выдать имена…
— Это вы их ему заложили? — все тем же неприязненным тоном осведомилась Энни. — Своих, как вы говорите «доверителей»?
— Вот это, как раз, не суть так важно… — лицо Гонсало нервно дернулось. — Я, если хотите знать, спасаю этим дурням жизнь.
