–
Через десять минут Траян оказался в прихожей квартиры на пятом этаже облезлого дома и увидел тусклый свет, который лился из зала. Журналист, цепенея от ужаса, замер на месте.
– Закрой дверь! – послышался повелительный голос.
Траян тихо прикрыл дверь и повернул ключ в замке.
– Я жду тебя! – раздался голос из комнаты. – Вернее, мы ждем тебя, ведь так, красотка?
Послышалось тихое мычание. Траян направился в комнату, зажмурившись на пороге. Ее освещал напольный торшер с нелепым зеленым абажуром с длинной желтой бахромой – подобные были в большой моде лет пятнадцать назад.
Бурмистров ахнул, увидев фигуру в черном плаще и длиннополой шляпе, – лица было не разглядеть, в руках этот субъект сжимал хирургический скальпель. Жертва, девушка лет двадцати с небольшим, сидела на стуле. Она была привязана к нему при помощи липкой ленты. Увидев Траяна, она отчаянно заверещала, ее глаза, полные слез, расширились.
– Вот мы и встретились, – прохрипел Вулк.
Он схватил девушку за волосы и поднес к ее горлу скальпель. Траян различил что-то похожее на: «Спасите меня, умоляю!»
– Добрый вечер, – произнес глуповатым тоном Траян, обращая свое приветствие поочередно к Вулку и к девушке. Страх сменился любопытством.
– Сейчас ты увидишь то, чего не видел ни один человек до тебя, – заметил Вулк.
Девушка заплакала, Бурмистров попытался успокоить ее:
– Не бойтесь, все будет хорошо, уверен, что это будет не так уж больно…
– Конечно же, это будет больно! – заявил маньяк. – Ты в подробностях опишешь то, чему станешь свидетелем.
Вулк размахнулся скальпелем, Бурмистров увидел, как лезвие вонзилось в грудь девушки, ее тонкий свитерок обагрился кровью. Журналист ощутил внезапный приступ тошноты, перед глазами пошли черные круги. Он со стоном осел на пол.
Дрожа и не отрывая взгляда, Траян наблюдал за действиями маньяка. Когда в руках Вулка появилось сердце, которое он вынул из груди жертвы, журналист охнул и опрометью бросился в ванную комнату. Его вырвало в раковину. Но его так и тянуло обратно в комнату. Когда Бурмистров вернулся туда, все было кончено – Вулк захлопывал саквояж, мертвая девица обмякла на стуле. Маньяк приблизился к журналисту и прошептал:
– Я хочу, чтобы ты не утаил от читателей ни единой детали! Именно для этого я позволил тебе наблюдать за своей работой. Мы еще встретимся, Траян! А теперь прощай!
Прошелестел плащ, загремел замок, Вулк, прикрыв тихо дверь, исчез. Бурмистров, тяжело дыша, подошел к девушке, сидевшей на залитом кровью стуле. Конечно же, ей не повезло, но что он мог сделать? А статья, которую он напишет о своем рандеву с Вулком, станет подлинным шедевром.
Всю ночь и половину следующего дня Бурмистров работал над репортажем с места событий. «Королевский Сплетник» опубликовал его, и это вызвало волну небывалого интереса. Номер смели с прилавков в течение полутора часов, а Траяна арестовали.
На допросе, который вел инспектор Кранах, Траян лгал, утверждая, что Вулк заставил его прийти на неизвестную квартиру, где он обнаружил маньяка и жертву. Его отпустили под вечер, около полицейского управления дежурили собратья-журналисты. Траян стал героем дня – у него брали интервью, расспрашивали о впечатлениях, удивлялись его смелости.
Он был на седьмом небе от счастья. Он утер нос спесивому Кранаху, и тот, как ни старался, не смог предъявить ему обвинения. За Бурмистрова вступились влиятельные друзья, и полиция была вынуждена оставить журналиста в покое.
Вулк объявился вечером четырнадцатого декабря.
–
