Не сталкивайся с теми, позади которых холмы.
Ну что ж, посмотрим, посмотрим. Проходите сюда, на кушетку. Пальцевое исследование необходимо проводить во всех случаях заболеваний прямой кишки, независимо от его характера. Не бойтесь, ложитесь на бок, колени — к животу. Одновременно проверим анальный рефлекс. Расслабьтесь. Я сейчас надену перчатки. Не вздрагивайте — это мой указательный палец, смазанный вазелиновым маслом. Потужьтесь, как при дефекации, и во время исследования постарайтесь максимально расслабиться. Я все сделаю осторожно — не волнуйтесь. Хотите, я вам расскажу историю?
Есть три типа засад — «первым классом», «пустышка» и «задница». Идеализируя картину, можно сказать: цель первоклассной засады — получить намеченный результат, а цель штаба — обеспечить группу ресурсами для выполнения поставленной задачи. Ротный это называет «селективным доступом к общим ресурсам». Цель, указанная стрелками на карте, становится задачей, если конкретно известен желаемый результат и сроки его достижения. Выбравшись из-под кондиционеров на реализацию разведданных, «командировочные» мешают беспрестанной суетой и поощряемой вседозволенностью. При этом никто не радуется тому, что жратвы стало больше, а группа упакована и слаженна. Все понимают — то, чем пришлось за это заплатить, стоит намного дороже всех этих сомнительных преимуществ.
В засаде свой этикет: громко не говорить, резких движений — не делать. Мы живем по своим законам, и тот, кто отличается от нас не на словах, а на деле, немедленно получает агрессивную реакцию в свой адрес. Вряд ли кто из «охотников за наградными» может точно ответить на вопрос, почему мы занимаемся тем, чем мы занимаемся, и почему мы это делаем именно таким способом, демонстрируя агрессивность, низкий болевой барьер и готовность идти на все.
«Пустышка» — это когда на душе днем и ночью скребут кошки, когда мы, как песчинки в песочных часах, ожидаем своего шанса. Мало кто из нас сможет объяснить, как он сделает свою работу, но показать ее мастерски готов каждый. Кто умеет, почти всегда не знает, как он это делает.
Место сегодняшней засады — у черта в заднице. Накатанная тропа на дне лощины, овраги, спускающиеся с плато — явные признаки геморроя. Операция по его удалению — это безразмерная вероятность удачи, слагаемая из качества связи с бригадой, условий внешней среды, оперативной обстановки в районе, упорядоченных предпочтений командира и последовательности событий. Наша группа «проктологов» пришла сюда пешком, в обычном режиме «бежим-лежим». Разбившись на огневые группы, окопалась на склоне сопки. Громко сказано — окопалась. Копать в затвердевшей, как камень, глине трехкомнатную землянку у нас не было времени и сил. За ночь вырыли в этой глине только небольшой «карман» для стрельбы лежа. Накрыв его плащ-палаткой, посыпали все вокруг сухой глиной и пылью. Таскать ее пришлось с противоположного склона, заметая собственные следы.
Все при нас, в стареньких РД. У меня — в лентах и «рассыпухе» семьсот патронов двойного боекомплекта к ПК, гранаты, запалы, ракетницы, на дне рюкзака — сухпай с «неприкосновенным запасом» воды во фляжке. У напарника такой же напрочь «убитый» в засадах и проческах рюкзак десантника с гранатами, запалами, двумя полными воды трофейными алюминиевыми фляжками, сухпаем, патронами к его АКМ и тремя отдельными рожками с патронами для стрельбы с глушителем. На двоих — одна саперная лопатка, заклеенный РДВ и плащ-палатка. В резиновом бурдюке РДВ остатки теплой воды, взбитой пешим переходом до противного ощущения — пьешь, словно чужую слюну. Вместо спальника у каждого — большое зеленное верблюжье одеяло, заслуженный трофей с прочески. Что-что, а устраиваться на свежем воздухе мы научились быстро.
У любого из нас в жизни есть много нелогичности. Необязательно об этом кому-нибудь говорить, но замечать это для себя нужно. Нужно уметь распознавать неразумные вещи, искать именно то, что необоснованно. Нелогично иметь ощущения, которые не соответствуют ситуации. Если что-то неправильно, значит, реагируешь на то, чего нет. Но в происходящем сейчас передо мной нет ничего неправильного. То, что находится здесь, прямо сейчас, вполне реально. Любые воспоминания или надежды только лишают картинку яркости. Я фиксирую, все что происходит: звуки, ощущения тела, мысли в голове. Не стараюсь изменить или прекратить что-то. Просто воспринимаю это как естественный ход событий. И мои мысли, ощущения успокаиваются. Нелогично не соглашаться с самим собой. Мир ночной засады — сплошные эмоции. Зрение и слух получают информацию быстрее, чем нарастает ответная интенсивность ощущений яркости и громкости. Я словно одно большое слепое ухо. Хотя, есть другой способ.
