Человек редко задумывается о смерти. А какие мысли возникают, если тебе смерть смотрит прямо в глаза? Причём смотрит немигающим, мёртвым взглядом тысяч мертвецов. История альтернативной реальности, когда в мире бушует Святая война. Кто выйдет победителем?Содержит нецензурную брань.
День, наступающим рассветом, начал заявлять свои права на этот мир. Все с самого утра шло не по плану. Хотя, чего уж скрывать, последние месяцы у меня вообще ни один план не сработал, постоянные новые вводные ставили все с ног на голову. Святая Война, как её назвали гуманитарии, длилась уже третий год. И ничего святого в этой войне, увы, не было. Войска архангела Михаила терпели многочисленные поражения по всему миру. Армия демонов в восточной части Европы сильно укрепилась на своих позициях, не позволяя смертным выдохнуть ни на минуту, то и дело сжигая деревни и целые города. Погибшие вставали по другую сторону баррикад, сея смерть и ужас. Так что, каким прилагательным войну не окрести, лучше она от этого не станет.
Моё объединение на текущий момент времени волновали только локальные победы. И отряд Истребителей, которым я командовал уже полгода, прекрасно справлялся со своими задачами.
В этот раз мы находились в Смоленской области, где мне и моим бойцам была поставлена задача по укреплению в старой церкви, уже как пару лет заброшенной и оскверненной демонопоклонниками. Церковь имела стратегическое значение для командования, как мне сказали, хотя я не до конца понимал, чем именно.
Проблем наша операция доставить не должна. По словам местных жителей, возле церкви находилось небольшое кладбище. А где есть захоронения, обязательно будут ожившие трупы. Но с зомби справиться труда не составит, поэтому для занятия ключевой точки было решено пойти вдвоём, с моим старым напарником, а теперь и подчинённым – Михаилом.
Единственной возможной проблемой оказалось отсутствие поставок боеприпасов, ибо сегодня ожидалось полнолуние и ждать сюрпризов мне не хотелось. Ладно. Это все лирика, справимся.
Путь с наших позиций неблизкий, поэтому выходить мы решили с Михаилом после полудня. Несмотря на кажущуюся простоту задачи, подготовились мы основательно, если конечно, это можно так назвать, исходя из имеющихся запасов вооружения. Когда все приготовления были закончены, я взглянул на хмурое серое небо, извещающее нас о своём гадком настроении. Около тридцати килограммов получившегося инвентаря радости также не доставляли.
– Артём, как считаешь, сможем ли мы в этом году закончить Святую Войну? – впервые за несколько часов Миша подал голос, вырывая меня из пучины размышлений.
Действительно, а закончим ли мы эту войну в этом году? И закончим ли? И кто её закончит и как? В могиле, из которой встанет гниющим трупом или на лаврах, где-нибудь в столице? Риторические вопросы, на которые ответ знал только Всевышний.
Бойня с ордами нечистых, которую все называют войной, началась три года назад. К тому времени, я не сказал бы, что хорошо пожил, но двадцать шестой день рождения я встретил аккурат в то время, когда я, напившись до частичной бессознательности, жалел себя в квартире. Жалел те годы, когда я ещё был лучшим среди лучших стрелков из огнестрельного оружия. Отец, что дал мне прекрасную физическую и тактическую подготовку и рано покинувший меня не знал, что его сын сломается морально и превратится в тряпку. От залетевших в наш дом нетопырей, тучей накрывших в этот день наш город, меня спас сосед, державший стратегический запас оружия и провизии на случай зомбиапокалипсиса уже много лет (какая ирония). Протрезвев и осознав, что происходит, я подался в ряды Сопротивления, где благодаря моим прошлым навыкам, меня быстро заметили и направили в отряд Истребителей. И вот теперь, как бы цинично это ни звучало, я могу сказать, что Война спасла меня от стагнации. Дала мне второе дыхание и раскрыла все мои, похороненные под вечной жалостью к себе, таланты.
– Командир?! – чуть громче подал голос Миша. Я непонимающе взглянул на напарника, после чего вспомнил, что он задал мне вопрос.
– Если говорить откровенно, я не уверен в скором окончании войны. Мы как будто играем плохую партию в шахматы, где все поле занимают пешки и с каждым ходом съедают и съедают друг друга.
– Попей водички, Артём, ты слишком много думаешь, – Миша ухмыльнулся и за всю оставшуюся дорогу не проронил больше ни слова. Видать, мои умозаключения он не разделял.
К окраине леса мы добрались, когда полная луна, как будто заблудившись в тучах, робко освещала почти заросшую тропу.
На подготовку у нас оставалось пару часов, поэтому я предложил Мише ускорить шаг.
Церковь встретила нас пустыми глазницами выбитах окон. Купола, отражая искаженный лунный свет, светили на нас мистическим огнём. Каждый купол украшал перевернутый крест, как символ ненависти дьявольских сил ко всему святому. Ветер подвывал в сумерках, как немощный баптист, добавляя к общему антуражу объёма.
С каждым шагом путь давался все тяжелее. Воздух вокруг стал, как свинец, с трудом проникая в лёгкие. Даже непоколебимый Михаил, обычно преодолевающий любые тяготы, как крейсер – лужу, тяжело задышал. Господи, не будь я командиром специального отряда, бежал бы отсюда, пока бежится.
