Мужчина решил, что Линкольн прокрался в мастерскую через внутренний двор и проник в зал, чтобы захватить его. Сила ненормального поражала и лишь стремление в действии могло помешать ему исполнить задуманное. Стив атаковал внезапно. Он пихнул Дэвида о порог мастерской, окутанной мглой. Резко рванувшись, Стив с силой высвободился из хватки изумлённого психа; затем, удачно кинувшись на противника, сдавил руками тому глотку. Линкольн тут же захватил его опять, и в молчании они сцепились в отчаянной борьбе.
Физическая форма Джонсона являлась для него единственным спасением, ведь Линкольн дрался, словно машина бездумного разрушения. Вопли переодически сопровождали битву. Сочилась кровь; среди разорванных вещей Стив сильнее сдавливал глотку ненормального. В молчании мужчина защищал себя. Линкольн дёргал ногами, хитрил, бодал головой, кусался, царапался и харкался, вопя при этом какие-то заклинания, посвящённые графу Дракуле. Вопли мерещились Стиву смехом демона, который бушует во вселенной. Яростно, противники перекатывались по полу, переворачивая скамейки, ударяя друг друга о стены и кирпичное основание печи посреди мастерской.
Надежды спастись уже не было, когда вмешался случай. Стив нанёс удар коленом в грудь психа, что битва завершилась: тело Линкольна обмякло, и Стив осознал, что выиграл бой. Шатаясь, мужчина встал и прошёл около стены, ища выключатель. Одной рукой он тащил за собой отключённое тело соперника, опасаясь неожиданной атаки, если псих очухается. В щитке обнаружился необходимый переключатель и туская лампа под сводчатым потолком осветила помещение. Стив нашёл ремни с верёвками и начал связывать Линкольна. В пиджаке он нашёл связку ключей и немедленно присвоил себе, словно награду за бой. Окошки в мастерской плотно закрывали шторки, мужчина не открыл их. Подойдя к раковине с краном, Стив умылся после битвы, одолжил самое скромное и пристойное из вещей на крючке, сменил одежду. Дверь, ведущая во двор, была защёлкнута на пружинистый замок, открыть его изнутри можно было одним нажатием на кнопку. Связку ключей Джонсон оставил себе, чтобы избежать трудностей, когда вернётся сюда с психиатрами. Телефон в музее отсутствовал — нужно отыскать ночное заведение или аптеку, чтобы звякнуть. Мужчина только раскрыл дверь, когда в спину помчались потоки угроз из дальнего угла мастерской. Линкольн очнулся, на его щеке красовалась глубокая царапина.
— Вы глупы! Ты недостоин стать жертвой великому графу Дракуле! Он бы подарил тебе вечную жизнь! Остерегайся — Вампир оголодался! Ганс намерился предать меня, и мне пришлось остановиться на тебе. Но и ты поступил так же! Вы вдвоём остерегайтесь, ведь Дракула не простит гибели своего раба! Неужели ты не хочешь получить бессмертие? Посмотри на печь: огонь ждёт, чтобы загореться, а бочка заполнена воском. Ты станешь моим новым экспонатом. Не верил, что я делаю их не из воска, но сам будешь таким! Печь ждёт! Когда Дракула обескровит тебя, ты превратишься в собаку, которую видел сегодня, и я подарю тебе вечную жизнь! Воск сотворит из тебе шедевр. Ты же говорил, что я величайший скульптор? Воск будет заполнять каждую твою пору…каждый сантиметр твоего тела! Восхищённые зрители будут глазеть на твоё изуродованное тело и удивляться моему таланту! Ганс пойдёт следующим, за ним другие — на процветание моих семейных экспонатов! — Псих отдышался и опять заголосил. — Псина! Ты думаешь, я сотворил все эти экспонаты? Может, лучше сказать — сберёг? Знаешь ли ты, где мне доводилось бывать и что видеть? Пугливая собака! Дракула голодный и ожидает крови, которая воскресит ему жизнь! — Линкольн опёрся о стену, покачиваясь, как маятник, стараясь развязать конечности. — Слушайте, Стив…если я разрешу тебе покинуть музей, ты освободишь меня? Я обязан заботиться о Вампире. Ганса хватит, чтобы воскресить Древнего. А когда с ним будет покончено, я увековечу его останки для восхищения миром. Ты можешь быть на его месте, но дал отказ от такой чести. Я не стану беспокоить тебя… Освободи меня, и я разделю с тобой Его власть, которой Он меня наградит. Освободи меня! Немедленно! Он погибает от голода за той дверью, и если Вампир умрёт, то Древние никогда не воскреснут на Земле. Освободи!
Стив только отрицательно мотнул головой, раздражаясь воплями психа. Пристально пялясь на дощатую дверь, Линкольн стал стучать затылком о стену; он подтягивал к себе связанные конечности и с силой распрямлял их, лягаясь. Он мог поранить себя, и Стив подошёл к нему, намерившись привязать ненормального к какому-либо предмету. Линкольн отползал от него, пронзительно крича. Охранник наверняка скоро услышит их. Линкольн извивался на полу; перекатившись, он выпрямился и оглушительно стукнулся головой о дубовые доски. Один, два…
