Незаметный человек по имени Виктор Цепков живёт обычной жизнью и радуется предстоящему свиданию с любимой женщиной. Работа врачом санитарной службы не приносит славы и денег, но позволяет жить спокойно, а остальное его не волнует. Но однажды Виктору придется изменить своему правилу и признать, что происходящее касается его непосредственно. В тумане погибают животные и люди, и если он оставлен в живых, то для того, чтобы найти выход. А справится ли он, это зависит от него.
Виктору предстояла поездка, которая занимала его мысли с тех пор, как его голубка позвонила и сказала, что хочет видеть его в пятницу вечером. Утром в день предполагаемого свидания начался снегопад и завалил дорогу. Несколько часов Виктор звонил в дорожное управление и торопил снегоуборочную технику, а пока длилось ожидание, он раскидывал сугробы возле своего дома, чтобы освободить выезд из гаража. Свежевыпавший снег имел бурый тон, тогда, как корка льда в основании сугробов варьировалась оттенками от зеленоватого до светло-голубого. Многообразие цветовых сочетания являлось следствием промышленной деятельности химзавода, ответственного за выбросы, и Виктор мог без ошибки определить цеха, которые осуществляли сбросы – он работал санитарным врачом. Одно время он отсылал образцы загрязненной воды в лабораторию, пока она не прекратила работу, да и завод собирались остановить не сегодня-завтра.
По привычке Виктор скалывал ломом образцы льда, воды и снега, чтобы отправить их в свой холодильник. Лом, лед, вода, снег. Виктор рассчитывал, что будет отсутствовать два-три дня, после чего сможет заняться образцами.
За его работой наблюдал сосед, который оставался присматривать за домом в его отсутствие. «Брось ты это занятие», – сказал из окна Михалыч. – «Не могу. Иначе не выехать. В смысле машине», – вежливо ответил Виктор.
Обменявшись впечатлениями, они вернулись к своим делам. Михалыч продолжал наблюдения, тогда как Виктор попробовал открыть ворота, убедившись, что они застревали на полпути. Это значило, что долбление льда следует продолжать. Виктор ничего не имел против физической нагрузки, но ему не нравился снег – грязный, словно от навоза.
«Слышь, Цепков, посмотри мерина», – попросил сосед, когда Виктор, наконец, отставил лом и собирался выводить из гаража машину.
В соседском сарае старый конь истекал кровью, терпеливо ожидая, пока ему окажут первую помощь. Виктор осмотрел его. Повязку требовалось наложить немедленно. Кому не знать о последствиях кровоистечения, как не бывшему ветеринару. При попадании инфекции во внутренние системы, животное могло остаться калекой.
Глядя снизу вверх на владельца лошади, Виктор попросил принести перевязочные средства. Михалыч пожал плечами, откуда. Он не отличался чистотой, свою грязную футболку носил не снимая. В машине у Виктора имелись бактерицидные салфетки и жидкий антисептик, но бинтов он с собой не захватил. «Марля найдется?» – потребовал он у соседа. – «Еще чего? Я гидролог, а не доктор», – ответил Михалыч.
Точно, гидролог, а по виду – пьяница. Михалыч с утра уже успел поддать, и этим дело не ограничится.
При осмотре мерина новая футболка Виктора запачкалась и требовалось ее сменить. Так что заодно с новой одеждой он прихватил бинты для коня. Виктор был человеком аккуратным, как того требовала профессия.
«По воде ты хороший специалист?» – обратился он к Михалычу, не уходившему со двора, чтобы проследить за лечением мерина. – «Заслуженный гидролог», – хмыкнул старик, который на Девятое мая надевал правительственные награды. –«Верно, ты говорил. Мне повезло с соседом», – кивнул Виктор. – «А ты ветеринар. Что там с мерином?» – «Да, ты поди обмой лошадь, гидролог. Чистой водой. Чтобы не загноилось», – велел ему Виктор.
Сосед принес из запасов обеззараживающую таблетку и растворил её в ведре воды. Потом вместе с Виктором они промыли рану больному коню.
Пять минут повязка продержится, а этого времени хватало на то, чтобы остановить кровь. «Позвонишь ветеринару, спросишь заживляющий гель, это поможет», – наказал Виктор соседу. Тот хмыкнул и закрыл глаза. Никому звонить он не будет, а пойдет вздремнёт.
Сосед повел коня в стойло, а Виктор направился к машине.
Он несколько сомневался насчет обуви. Его счастливый вид следовало завершить праздничными кроссовками, в которых он произведет впечатление на свою голубушку, однако, поразмыслив, он остановился на старых ботинках на рифленой подошве, которым сносу не было, а белые кроссовки сунул в багажник. Ботинки были надежнее.
На выходе из дома Виктор вспомнил, что возвращаться – плохая примета, к тому же на обратном пути он забыл посмотреть в зеркало. Ладно, бывает.
Сосед вышел его проводить. Он сообщил, что повязка держится. «Хорошие у тебя таблетки, отсыпь и мне про запас», – попросил Виктор, но сосед сделал вид, что его не услышал.
«Поедешь, Виктор?» – Михалыч прочитал смс с прогнозом погоды: штормовое предупреждение. К новостям от МЧС он относился с доверием. «Может, не стоит ломать дорогу. Обстоятельства не-бла-гоприятные», – последнее слово он произнес по слогам.
«Я люблю прокатиться ночью», – ответил Виктор, чтобы только отвязаться. Он бы с удовольствием дал газу и рванул с места, но сосед его не отпускал. «Племяннику надо кое-что передать, – начал он свою просьбу. – От бабки лекарства остались, он просил».
