– К тебе заходил датский полицейский по имени Йен Йенсен. Скорее всего, это было сегодня утром. Он задавал тебе вопросы о некоторых преступных группировках в этом городе, может быть, просил показать кое-какие документы полицейского управления.
Мужчина оторвал взгляд от стола, и Корелли снова спросил его:
– Вы кто?
Человек не торопясь положил на стол детали, которые держал в руках, встал, обошел вокруг стола, схватил француза за волосы, поднял со стула и с невероятной быстротой трижды ударил кулаком, причем все три раза в разные нервные узлы. Боль, пронзившая тело полицейского, была настолько сильной, что он чуть не потерял сознание. Корелли отвалился на спинку стула, а Кризи снова обошел вокруг стола, сел на свое место и продолжил спокойно собирать взрывное устройство. Он невозмутимо произнес:
– Если ты не будешь отвечать на мои вопросы, я снова сделаю то же самое… потом еще раз… потом опять повторю. Только с каждым разом сильнее. Если ты и тогда отвечать не будешь, я тебе один за другим пальцы на руках отстрелю. А потом – на ногах.
Корелли упал лицом на стол, от боли тело перестало ему повиноваться. Он медленно поднял голову, взглянул мужчине в глаза и понял, что тот сделает все именно так, как сказал. Голосом, который почти не был слышен, полицейский пробормотал:
– Да, он был сегодня утром еще с одним… молодым человеком. Он сказал, что это его помощник, но я ему не поверил. Слишком уж он молод и совсем не похож на датчанина.
Кризи закончил укладывать взрывчатку в углубление диска. Потом развинтил маленькую металлическую трубочку, проверил кадмиевую сотовую батарейку, аккуратно соединил оба проводка и тщательно закрепил детонатор в пластиковой взрывчатке.
– Ты ему показывал какие-нибудь документы? – спросил мужчина, не глядя на Корелли.
– Да.
– Какие именно?
– По проституции и наркотикам.
– О какой именно банде?
На Корелли постоянно накатывали приступы тошноты. Он несколько раз мучительно сглотнул густую слюну и покачал головой.
– Не знаю, что они смотрели, меня там не было. Не знаю. Я устроил их в отдельном кабинете.
Кризи привинчивал к бомбе заднюю крышку. Он поднял на Корелли глаза и спросил:
– Какая преступная группа из тех, что занимаются в городе наркотиками и проституцией, самая сильная?
После непродолжительного молчания Корелли тихо ответил:
– Та, которую возглавляет полуараб по имени Жахмед… Рауль Жахмед.
Кризи спокойно положил бомбу на стол, встал, подошел к французу, поднял его со стула за волосы и стал снова сильно бить по корпусу точно рассчитанными, мощными ударами. Прошло две минуты, прежде чем Корелли смог прямо сесть на стуле. Когда он чуть ли не с мольбой в голосе обратился к Кризи, на лице его отражалась невыносимая боль.
– Почему? За что вы меня бьете? Я же ответил на ваши вопросы.
– Ты соврал, – кратко ответил он. – Ты дружка своего хочешь выгородить, Ива Бутэна. В этом городе всем другим бандитам до него далеко. Он тебе большие бабки отстегивает. Если снова мне соврешь, сильно пожалеешь. И заруби себе на носу, что ответы на большую часть вопросов из тех, что я тебе задаю, мне и так известны. Поэтому, когда ты снова попробуешь врать, я это тут же пойму. Когда ты в последний раз говорил с Ивом Бутэном?
Корелли снова уставился в стол, даже отдаленно себе не представляя, кем был его мучитель и как много ему было известно. Но боль он чувствовал нестерпимую и был уверен, что больше не выдержит.
– Сегодня днем, – сказал он, – около трех часов. По телефону.
– Что ты ему сказал?
После недолгого молчания Корелли поднял голову и пробормотал:
– Я сказал ему, что датский полицейский из Бюро по розыску пропавших без вести наводил о нем справки. Интересовался, в какую школу ходят его дети.
– И в какую же школу они ходят?
– В частную. В закрытую школу в Швейцарии.
– Сейчас они там?
– Да.
– С женой своей Бутэн в хороших отношениях?
Корелли охотно «кололся».
– Нет, он ближе со своей любовницей, Дениз Дефор. Он снимает ей в городе квартиру. Она ведет все дела в его лучшем клубе «Розовая пантера».
Пока Кризи думал, стояла тишина. Он пытался поставить себя на место Майкла. Это было не трудно. Ведь он сам в огромной степени сделал из него того, кем Майкл стал. Стратегия его должна была сводиться к захвату кого-то из ближайшего окружения Бутэна. Дети его были далеко, к тому же в закрытой школе. Значит, оставалась только любовница. Майкл должен был отправиться в клуб на разведку. Кризи взглянул на часы. Было начало второго. Он спросил:
– Я так понимаю, ты дал Бутэну описание Йенсена и молодого парня, который с ним был?
– Да, детальное.
Замолчав, Кризи снова погрузился в раздумья. Потом он ткнул пальцем в пол и сказал:
– Встань здесь на колени.
На лице Корелли отразился животный страх.
– Зачем?
Кризи поднялся, склонился над столом и сказал:
– Делай, что я тебе говорю, или еще получишь.
