– Я только что закончил, когда вы постучали, – пробормотал Томаззо, крепче прижимая ее к груди.
– Подожди, – поднялся рядом с ними Данте. – Ты обратил ее? Когда у тебя не было крови, чтобы…
– Я должен был, – прорычал он. – Она умирала.
– Умирала? – с беспокойством переспросила Мэри. – Что?..
– Геморрагическая лихорадка Денге, – устало произнес Томаззо, прежде чем она успела закончить вопрос.
– Денге? – удивленно спросила Мэри. – Но обычно это не смертельно.
– Она была обезвожена и потеряла кровь. Ей срочно нужны были капельница и переливание крови, но дорога была размыта и ... – внезапно он замолчал и в замешательстве посмотрел на остальных. – А как вы прорвались?
– Одолженный военный джип, и Джастин за рулем, – сухо ответил Люциан и повернулся к молодому человеку. – Достань из джипа холодильник.
Как только Джастин ушел, Люциан повернулся к Томаззо. – Полагаю, ты не догадался найти цепи или веревки, прежде чем начать поворот?
Томаззо покачал головой. Он полагал, что на самом деле даже не думал об этом. Ему очень повезло, что подоспела помощь. Он не знал, что бы он делал в одиночку. Связал бы ее простынями и провел через комнату парад горничных и курортной клиентуры, чтобы она могла питаться?
– Господи, – пробормотал Люциан, и Томаззо был уверен, что тот прочел его мысли.
– Данте, вы с Мэри найдите веревку или цепь, чтобы связать ее, – приказал Люциан. – И снимите для нас комнаты.
– Нет необходимости. На этой вилле четыре комнаты, – быстро сказал Томаззо, радуясь, что может предложить хоть что-то полезное. Данте кивнул и ободряюще улыбнулся, выпроваживая Мэри из комнаты.
– Я думал, ты отправишься в Каракас, как только Мортимер передаст мои сведения, – заметил Томаззо, когда они с Люцианом остались одни. Томаззо сделал два звонка на этом курорте после того, как унес Эбигейл с рыбацкой лодки. Первый звонок – на сотовый брата, сразу же был переадресовал на голосовую почту. Повесив трубку, Томаззо позвонил Мортимеру, главе силовиков. Он тоже был переадресован на голосовую почту. Решив, что попробует еще раз после того, как устроит Эбигейл, Томаззо решил снять номер здесь, на курорте. Эта вилла, очевидно, предназначенная исключительно для владельцев, когда они приезжали здесь, была всем, что было доступно. Томаззо использовал метод контроля сознания, чтобы убедить регистратора отдать ему виллу, а также обойти проблемы, вызванные отсутствием документов или кредитных карт. Он также удостоверился, что вилла не была зарегистрирована как занятая. По сути, их не существовало.
Томаззо нахмурился, когда ему вдруг пришло в голову, что, возможно, именно поэтому его сообщения так и не дошли до доктора. Зачем посылать кого-то в пустующую виллу? С новой системой, о которой упоминал доктор, они, вероятно, подумали, что это сбой.
Покачав головой, он посмотрел на Люциана, удивляясь, как они добрались сюда так быстро. Эбигейл была так больна, что Томаззо совсем забыл о том, чтобы нужно позвонить еще раз. Они не должны были так быстро сюда добраться.
– Мы летели в Венесуэлу, когда Мортимер позвонил нам и сообщил, что ты спасся, и находишься в безопасности здесь, в Пунта-Кане, – объяснил Люциан, очевидно читая его мысли. – Вместо этого я приказал самолету приземлиться здесь. Мы собирались забрать тебя и взять с собой в Венесуэлу.
Томаззо удивленно поднял брови. – Вы уже знали о Венесуэле?
Люциан кивнул. – Деккер и Николас нашли связь.
Томаззо коротко кивнул, узнав имена двух племянников Люциана.
– Они немного порыскали в Сан-Антонио после того, как Данте сбежал от похитителей. Они нашли склад, которым пользовались похитители, и документы для отправки в Каракас. Мэри вспомнила, как мужчины, которые держали ее, упоминали доктора Дресслера. Но мы не знали об острове, – добавил он.
– Эбигейл слышала, как один из мужчин упоминал об острове, – признался Томаззо, вглядываясь в ее лицо. – Она спасла меня. Достала капельницу, которая была у меня в руке и…
– Я уже прочитал все это из твоих воспоминаний, Томаззо, – сказал Люциан, избавляясь от необходимости потчевать его тем, что произошло. – Я также прочитал, что Эбигейл понятия не имеет, кто ты и во что ты ее превратил, и даже что ты это сделал. Ты обратил ее, не получив разрешения.
Обвинение прозвучало мягко, но Томаззо все равно напрягся. – Это была чрезвычайная ситуация. Она умирала.
Люциан кивнул. – И это единственная причина, по которой тебя не будут вызывать на суд Совета.
Прежде чем Томаззо успел заметить, что, поскольку он жил в Италии и обратил Эбигейл в Пунта-Кану, и все это не входило в компетенцию Североамериканского Совета, главой которого был Люциан, в комнату ворвался Джастин с огромным холодильником.
– Прибыла кровь, – без всякой необходимости объявил мужчина, ставя холодильник на стол и открывая крышку. – Я видел Мэри и Данте, возвращающихся сюда. Должно быть, они нашли какую-то цепь или веревку.
Джастин достал из холодильника несколько пакетов с кровью, бросил их на кровать, захлопнул крышку, затем выпрямился и поднял бровь на Люциана. – Теперь я могу позвонить Холли? Она будет волноваться.
