Очевидно, решив воспользоваться этим приколом, Томаззо схватил край ее сарафана и начал стягивать его.
Внезапно смутившись, Эбигейл схватилась за ткань, пытаясь остановить его.
Томаззо тут же остановился и, наклонившись, нежно поцеловал ее в лоб, затем наклонил голову, чтобы взять мягкую мочку уха. Эбигейл застонала, держа пакет во рту, и наклонила голову, чтобы дать ему лучший доступ, когда он отпустил мочку и прикусил дорожку вниз по ее горлу. На этот раз он не пытался стянуть с нее сарафан, а просто взял один быстро набухающий сосок через ткань, его рот увлажнил материал вокруг эрегированного бутона, когда он прикусил его и щелкнул языком.
Это вызвало у нее стон, и теперь это была Эбигейл, которая потянула материал вниз для него, освобождая нетерпеливую плоть. Она скорее почувствовала, чем услышала мягкий смех, который сорвался с его губ и растекся по ее чувствительной коже.
Схватив ее за талию, Томаззо приподнял и повернул ее, сев на кровать. Она попыталась сесть к нему на колени, но он заставил ее стоять прямо, поставив колени по обе стороны от его бедер. Ее груди оказались прямо перед его лицом, и он воспользовался этим, обхватив каждую грудь рукой и удерживая ее на месте, когда наклонился вперед, чтобы провести языком сначала по одному, а затем по другому соску.
Пакет был пуст. Заметив это, Эбигейл с облегчением оторвала его от себя и, схватив Томаззо за хвост, оттащила от груди. Когда он поднял голову, она поцеловала его, ее губы были нетерпеливым и требовательным. Томаззо коротко поцеловал ее в ответ, его руки соскользнули с ее груди и обхватили за талию, а затем он прервал поцелуй и поднял ее. Эбигейл обнаружила, что стоит на коленях на кровати рядом с ним, а затем он встал с кровати и подошел к холодильнику. Он вернулся прежде, чем она успела сесть на ноги, с тремя пакетами в руках. Томаззо положил их на прикроватный столик, затем занял свое место и поднял ее, чтобы снова поставить на колени.
– Идеально, – решил он, блуждая взглядом по ее груди.
Томаззо посмотрел ей в лицо и улыбнулся. Его голос был глубоким рокотом, когда он пробормотал: – Давай посмотрим, останемся ли мы в сознании для всех трех пакетов.
Брови Эбигейл взлетели вверх, и она открыла рот, чтобы ответить, но он сунул ей в рот свежий пакет с кровью.
Усмехнувшись ее испуганному взгляду, он наклонил голову вперед, чтобы начать ласкать, а затем сосать ее грудь, когда его руки скользнули под подол сарафана и коснулись ее ног.
Эбигейл смотрела широко раскрытыми глазами, прекрасно понимая, что на ней не было трусиков. По дороге в ресторан Мэри сказала ей, что действительно купила их. Очевидно, они были в комоде в этой спальне, но Эбигейл не знала об этом тогда и ушла без них. На самом деле, она даже не подумала о них, признала Эбигейл со вздохом, когда пальцы Томаззо достигли ее ягодиц и начали массировать и сжимать их.
– Я люблю твое тело, cara, – прорычал Томаззо, прижавшись к ее груди и положив руку ей на ногу. Откинувшись назад, он наблюдал за ней. – Я любил его на пляже, и я люблю его здесь. Оно так совершенно, так отзывчиво ко мне и дарит мне такое наслаждение.
Его рука скользила по внутренней стороне ее бедра, пока он говорил, и теперь скользнула между ее ног. Эбигейл ахнула и слегка дернулась от дразнящей, легкой как перышко ласки. Томаззо улыбнулся, но она почувствовала, как его рука скользнула вниз по ее ноге и выскользнула из-под юбки. Замешательство затуманило ее взгляд, а затем он оторвал теперь уже пустой пакет, висевший у нее на клыках, и сунул новый.
– Осталось всего два, – пробормотал он, приподнимая юбку, чтобы заправить ее за пояс сарафана. Затем он некоторое время просто смотрел на то, что обнажилось, улыбка играла на его губах, пока Эбигейл внезапно не опустилась на его бедра и не потянулась к пуговице его брюк.
– Жадная, – поддразнил ее Томаззо, но не помешал расстегнуть пуговицу и молнию. Однако, как только ей удалось освободить его, и эрекция вскочила наружу, он схватил ее за талию и поднял снова на колени, прежде чем она смогла прикоснуться к нему.
– Пока нет, – предупредил он, и когда Эбигейл попыталась сесть, чтобы дотянуться до него, просунув руку ей между ног, чтобы остановить ее. По крайней мере, она подозревала, что таково было его намерение, но в тот момент, когда его пальцы прижались к ней, Эбигейл ахнула и переместила бедра, скользя по ним.
Томаззо напрягся и застонал, когда удовольствие проскользнуло сквозь них обоих, а затем начал двигать пальцами сам. Кружение, трение, пощипывание. Эбигейл положила руки ему на плечи, ее ноги начали дрожать, боясь, что они могут подогнуться в любой момент, но ее бедра не переставали двигаться. Видимо, поняв, в чем дело, Томаззо свободной рукой схватил ее за ногу, удерживая на месте и продолжая сводить их обоих с ума. Затем его рот снова нашел ее грудь, но теперь он сосал почти неистово, почти болезненно притягивая чувствительный сосок, двигая быстрее пальцами.
– Томаззо, – выдохнула она, срывая пустой пакет. – Пожалуйста.
