— Милый, стоит ли спешить? У нас впереди все время мира. Об этом не поздно поговорить и через пятьдесят лет.
— Хочешь сказать, что я тебя так долго не увижу?
— Успокойся, увидишь. Но не более того. Считай эти пятьдесят лет нашим отпуском. А потом мы снова встретимся.
Она встала и поцеловала его. Формально. Они оба знали, что самый яркий огонь рано или поздно превращается в серый пепел. Но они любили друг друга и верили, что когда-нибудь он вновь разгорится. И они встретятся через пятьдесят лет, и снова станут любовниками. До сих пор это им удавалось, ибо что такое пятьдесят лет для бессмертных?..
Крепкий худощавый мужчина уверенно пробирался сквозь толпу. Когда-то он так сильно загорел, что даже столетия в подводных городах, не выбелили его лицо, на котором застыла презрительная гримаса.
— Кто это? — спросил Сэм.
— Ты про кого? Вот этот? Не знаю. Отстань.
Старый мундир слишком бросался в глаза и ему пришлось напялить ненавистный целофлекс. Стоя на ленте Дороги, он проносился мимо огромного муляжа Земли, прикрытого траурным пологом. В каждом Куполе был такой шар — напоминание о величайшем преступлении человека. Мужчина, продолжая холодно усмехаться, подошел к маленькому зарешеченному окошечку в стене, окружающей сад, и протянул в него идентификационную карточку. Через минуту его пригласили пройти к Храму.
Потрясенный, он стоял перед святилищем Истины. Внушительное здание одним своим видом вызывало уважение. Жрец проводил его и указал на стул.
— Вы Робин Хейл?
— Да.
— Мы знаем о вас все, но несколько вопросов задаст сам Логист. Ждите.
Жрец ушел. На нижней террасе между растениями гидропонного сада бродил высокий худой человек.
— Логист, — обратился к нему жрец. — Вас ждет Робин Хейл.
Высокий человек остановился, поставил лейку, ладонью вытер костистое лицо.
— Черт подери! Мне бы еще знать, что говорить ему. Он же конченный человек.
— Сэр?!
— Да иду я, иду. Успокойтесь. Его бумаги готовы?
— Да, сэр.
— Вот и ладно. И не торопите меня. Я скоро буду.
Что-то бормоча себе под нос, Логист направился к лифту. Поднявшись в контрольную комнату, он с любопытством рассмотрел на экране визора загорелого человека, неловко сидевшего в глубоком кресле.
— Робин Хейл? — спросил он звучным голосом.
— Да! — Хейл вскочил.
— По моим сведениям вы бессмертный и можете прожить лет семьсот, но не знаете, чем заняться, так?
— Так.
— Что произошло с вами?
— То же, что и со всеми свободными солдатами.
Свободные Отряды прекратили свое существование в те времена, когда Купола объединились под общим руководством и этим навсегда ликвидировали войны. Но до этого они нанимали свободных солдат, чтобы те воевали за них.
— Хейл, вы просто пережили свое дело и своих друзей — свободных солдат. Среди них было не так уж много бессмертных.
— Да, — ответил Хейл.
— А теперь вы хотите, чтобы я подсказал вам, что делать дальше?
— Если сможете, — с горечью ответил Хейл. — Я не способен выдержать сотни лет безделья. Бесконечные удовольствия не для меня.
— Существует очень простой выход — умереть.
Хейл молчал.
— Способы легкой смерти вы знаете лучше меня, — продолжал Логист, — но вы, конечно, предпочли бы умереть в борьбе. Не так ли? — Чуть помолчав, Логист продолжил, но уже совсем другим тоном: — Подожди минутку, сынок, не, уходи. Я сейчас приду к тебе.
Вскоре из-за занавеса появилась высокая фигура Логиста. Хейл, пораженный, вскочил на ноги. Почти испуганно он смотрел на странного человека, возникшего перед ним.
— Садись, садись, — пригласил он Хейла. — Эти фанатики-жрецы ни за что бы не позволили мне показываться на людях. Но, к счастью, я здесь хозяин. Да и что они без меня? — Присев напротив Хейла, он достал из кармана странный предмет, оказавшийся курительной трубкой, и набил ее табаком. — Я сам его выращиваю. Весь этот антураж хорош для публики из Куполов, но ты другое дело.
Хейл изумленно смотрел на него.
— Но я всегда думал, что Логист это…
— А теперь думаешь, что все это враньё? Ну, это, как посмотреть. Когда-то мы так и делали. К людям выходил человек, то бишь я, но они не верили, думая что я просто высказываю свое мнение. Они считали меня обыкновенным человеком. Но они ошибались. Я мутант и я изучил все, начиная от Платона, Аристотеля, Бекона и Корзыбского и кончая Машинами Истины. Я в совершенстве овладел наилучшим способом решения человеческих проблем — логикой. И я знаю ответы лучше машины. Верные ответы.
Хейл спросил, по-прежнему недоумевая:
— Но вы, как и всякий человек, не можете быть непогрешимым. Или вы открыли какую-то чудесную систему?
— Я знаю только одну чудесную систему — здравый смысл.
Хейл пожал плечами.
Логист раскурил трубку, выпустил клуб дыма и продолжил:
