Оглянулась, прислушалась. Коридор пуст, по лестнице тоже вроде пока никто не поднимается.
Рискнем.
Опять прибегла к помощи отмычек. Замок еле слышно щелкнул, и я тихонько толкнула дверь.
Хайдаш!
Постоялец, длинноволосый неопрятно одетый мужик, сидел за столом аккурат напротив двери и задумчиво рассматривал початую бутылку. Поднял на меня мутный взгляд, зычно рыгнул и выдал:
— Чего надо?
Да он пьян, и сильно. Пояс с мечом валяется на кровати, но на столе лежит охотничий нож.
Похоже, всё не так плохо.
Я неловко улыбнулась и зашла в комнату. Прикрыла дверь.
— Извините. Я… Мне нужна помощь.
— Помощь? — тупо переспросил мужчина.
Судорожно кивнула. Медленно, осторожно начала приближаться, благо преодолеть всего-то каких-то пару метров.
— М-мой муж… Он сегодня выпил лишку, — так, побольше слезливости и истеричности в голосе, такое поведение многих мужчин дезориентирует. — Упал и ударился головой… И он не дышит!.. Пожалуйста, помогите…
— Помочь? — опять переспросил постоялец. — Дык это… ык… не ко мне. К тра… к трактирщику.
— Да все же решат, что это я его убила! — жалобно взвыла я и незаметно метнула в мужчину крохотный дротик.
— Уй, комарье!..
Длинноволосый только начал поднимать руку, чтобы прихлопнуть нахальное насекомое, и вырубился.
Я удержала разом обмякшее тело от падения со стула. Вытащила из шеи дротик со снотворным, выступившую капельку крови вытерла грязным полотенцем. Голову мужика положила на стол, а руки его обвила вокруг вожделенной бутыли.
Надеюсь, этот постоялец подумает, что это все ему лишь приснилось в похмельном бреду. А может, даже повезет, и он вообще о странной посетительнице не вспомнит.
Я быстро вернулась в свой номер за сумой и шляпкой, но дверь в комнату запирать не стала, а ключ так и вообще оставила на видном месте. Дверь же в номер алкоголика все теми же отмычками заперла изнутри.
Через час я снова отправилась на прогулку по знакомому с детства хитросплетению улиц. На этот раз я не стала прибегать к мудреным средствам маскировки, и из швейной мастерской вышла Рийна Ноорваль собственной персоной. Почти. В отличие от Ночной гостьи, дочь хозяйки Веселого дома макияжем не брезговала. Настолько, что мало кому могла прийти в голову мысль о том, что эти две совершенно разные женщины могут быть хотя бы сестрами. Волосы я собрала в высокую прическу, дабы ни у кого не вызвала вопросов их значительно укоротившаяся длина. А вот платье… Платье было для госпожи Ноорваль нетипичное. Вырез поражал своей целомудренной скромностью, да и рукава не по погоде оказались длинны.
Вряд ли такой облик вызвал вопросы у свиты, которую милостиво приставил к моей особе Посредник. Но вот мама на некоторые изменения в моем внешнем виде могла обратить внимание…
Да-да, мой путь лежал в скандально известное заведение «Три веселых юбки», хозяйкой которого и была моя матушка. Не сказать, что она очень придирчиво относилась к моей внешности. Отнюдь. Тереза давно (насколько мать на это вообще способна) признала меня взрослой и самостоятельной личностью. И все же… все же… У нее сложилось четкое представление о том, как должна следить за собой и ухаживать женщина, если хочет как можно дольше сохранить молодость, фигуру и красоту, а значит, и интерес к своей персоне особей противоположного пола. И на то были причины. В свои сорок три мама выглядела максимум на тридцать. Ее фигура сводила с ума мужчин и заставляла давиться слюной женщин, а лицо, как и в юности, поражало своей красотой, хоть и приобрело некоторые черты зрелости.
И все это при том, что большинство ее ровесниц давно уже превратились в дряхлые развалины!
Неудивительно, что к маме не раз и не два обращались за советом не только ее товарки по ремеслу, но и даже надменные матроны. Ведь каждая женщина хочет как можно дольше сохранить молодость. И Тереза помогала, не бесплатно, конечно… Но таких результатов, как она, не достиг все равно никто.
Мне старость не грозит даже в обозримом будущем. Но взгляды Терезы слишком широко известны, и, если бы я не следовала ее заветам, это вызвало бы вопросы. А так… Мне ведь тоже никто не дает мои двадцать пять.
Веселый дом Терезы располагался недалеко от центра Нового города, в окружении других заведений подобного рода; поблизости наличествовали трактиры, в которых на столах танцевали полуобнаженные девицы, а также игорные дома. Ну а в центре этого рассадника порока находилось место с говорящим названием «Бойня». Там на нескольких аренах проходили петушиные и собачьи бои, хотя, разумеется, вовсе не они принесли заведению бешеную популярность. В «Бойне» регулярно проходили бои между разумными существами, людьми и нелюдями, свободными и рабами, а также мерзкими смертоносными тварями, на которые благодаря Вратам материк Таура был так богат… Всякие же пернатые и бездомные шавки — это удел бедняков.