— О, не надо так драматизировать, — ворчит Вэлли, раздраженно подходя к нему. Она поднимает руки и толкает его в грудь, заставляя его закричать, когда он падает. Это медленно, мучительно медленно, и когда его спина ударяется о снег, он скользит по блестящей поверхности к центру пустого пространства.
— Черт, — ворчит Крилл, когда в воздухе раздается еще один рев, заставляющий мои кости застыть от страха.
Я моргаю, с ужасом наблюдая, как Грант пролетает по воздуху один, два, три раза. Кровь хлещет повсюду, окрашивая девственно белый снег, и все в ужасе открывают рты.
Мой инстинкт отреагировать сдерживается тем фактом, что я не вижу опасности. Для Кассиана это не имеет значения, поскольку он крепче обнимает меня и срывается с места, убегая туда, где Рейден и Крилл начинают махать всем рукой.
Гранта уже не спасти. Он мертв, и если мы не поторопимся, его участь разделят остальные.
Напряжение и необходимость двигаться быстро, когда Кассиан и Флора сдерживают меня, становятся невыносимыми, и я вырываюсь из его хватки. — Беги с ней, так будет быстрее, — заявляю я, но Кассиан качает головой.
— Я никуда не пойду без тебя, — ворчит он, отказываясь видеть дальше меня.
— Я в порядке, со мной все будет в порядке. Возьми ее, — кричу я, убегая вперед, прежде чем он успевает сказать еще хоть слово. Вершина почти у меня под ногами, когда тело Гранта, наконец, обмякло. Тишина, эхом отдающаяся вокруг нас, длится целых четыре секунды, прежде чем воздух разрывает новый визг.
— Бегите! — кричит Вэлли, и все кричат, бегут так быстро, как только могут, несмотря на холод, к вершине горы, которая сужается к острию.
Я задыхаюсь и, едва добравшись до вершины, падаю в объятия Рейдена. В мгновение ока земля под ногами меняется, и воздух вокруг меня теплеет, открывая кампус.
— Молодцы, — объявляет профессор Тора из-за моей спины, когда все больше и больше студентов из нашей огромной группы попадают под действие магии, которая возвращает нас в академию.
Я с глухим стуком приземляюсь на задницу вместе с Рейденом, пока мы оба пытаемся отдышаться. Я наблюдаю, как его клыки удлиняются, а глаза расширяются от облегчения, и я быстро использую этот момент, чтобы тоже проверить себя.
Мое беспокойство рассеивается, когда я чувствую, как моя магия покалывает в моих венах, и я расслабляюсь от смеси облегчения и усталости, позволяя тёплому полуденному солнцу светить на меня.
Что, черт возьми, это все было? Невидимые деревья? Невидимые драконы? Что еще может быть там, с чем мы еще не сталкивались? Хуже уже быть не может, не так ли?
Мой разум кружится от всего этого безумия. Работа в команде, наблюдение за тем, как у каждого есть свои сильные стороны, пробуждает во мне что-то, что я слишком боялась рассматривать.
Что-то, что мне нужно исследовать.
Моя волчица.
22
АДРИАННА
О
беденный зал гудит вокруг меня, не подозревая о смятении, которое пустило корни в моем нутре. Я молчу, я ощущаю это. У меня нет сил на ненужные разговоры, и взгляды, которые я ловлю от всех за столом, подтверждают, что они тоже это ощущают.
Я дрожу. Холодный озноб еще не совсем покинул мои кости. Думаю, мне понадобится вся оставшаяся неделя, чтобы снова согреться. Возможно, сегодня я даже отправлюсь на поиски второго одеяла для постели. Иначе меня будут мучить ледяные кошмары, а я не собираюсь им уступать.
— О чем ты думаешь, Альфа? — Я вздрагиваю от глубокого рокота голоса Кассиана, слегка удивленная тем, что он использует свое очевидное прозвище для меня на публике.
— Ни о чем, — выдыхаю я, не желая поднимать взгляд от своей тарелки, где я продолжаю перекладывать горошек по фарфору вместо того, чтобы на самом деле есть его.
— Ты дерьмовая лгунья, — с усмешкой заявляет Броуди, и на этот раз мне удается поднять взгляд, но только для того, чтобы одарить его неприязненным взглядом. Когда он не дрогнул под моим раздражением, я закатила глаза, и основа опустила взгляд.
Я слышу, как Флора тихонько хихикает рядом с ним, заставляя меня впиться зубами в нижнюю губу, чтобы сдержать свои эмоции.
— Так в чем дело? — спрашивает Крилл, пользуясь моментом, и я качаю головой.
— Тебе нужно поговорить только с девочкой? — Предлагает Броуди, и я перевожу взгляд на Флору, которая мягко улыбается мне, совершенно ясно давая понять, что если это то, что мне нужно, то она всегда готова.
— Нет, — признаюсь я, натянуто улыбаясь ей в ответ, и она кивает.
— Но тебе нужно поговорить, — вмешивается Рейден слева от меня, и его взгляд обжигает половину моего лица, а я хмыкаю. — С кем? — настойчиво спрашивает он, и я вздыхаю.
Чем быстрее я дам им ответ, тем быстрее они отстанут. Это ясно. Раздражает, но понятно.
— С волком.
Я замечаю, как Кассиан вскидывает руки в воздух при моем заявлении, привлекая всеобщее внимание в свою сторону.
— Вы все это слышали? — Его глаза прищурены, но в них есть блеск, который говорит мне, что он весь во внимание.
— Я подумываю о ком-нибудь другом, — признаюсь я, снова утыкаясь в свою тарелку, чтобы избежать гнева, который, я знаю, надвигается. Но вместо этого в воздухе витает чувство, больше похожее на обиду.
