Фрэнки включила видеопроигрыватель. Ей не надо было долго искать нужный отрывок. Она остановила на экране то самое видео, что Тодд снял в мужском туалете.
– Узнаете это видео?
Тодд чуть наклонился вперед.
– Конечно, это я снял.
– Что насчет этого мужчины?
Тодд вгляделся в Даррена Ньюмана. Не говоря ни слова, на два шага приблизился к экрану. Он не должен был узнать Ньюмана. Он должен был увидеть в Ньюмане одного из тысяч чужих людей, проходящих через жизнь любого человека. Но Ферриса при виде него словно околдовали. Он все ближе и ближе придвигался к экрану. Лицо Ньюмана притягивало его как магнит.
– Кто он? – спросил Тодд.
– Вы узнаете его? – спросила Фрэнки.
– Как его зовут?
Она колебалась.
– Его зовут Даррен Ньюман. Вы встречались с ним раньше?
– Нет, никогда не видел его, – ответил Тодд. – Но я знаю его. А откуда я могу его знать?
– Его показывали в новостях. В прошлом году очень многие считали его виновным в убийстве.
– Вы думаете, это он, да? – спросил Тодд. – Вы думаете, он творит все эти ужасы с женщинами? И со мной?
– Вполне вероятно.
– Это более чем вероятно, не так ли? И поэтому он оказался на моем видео. Он преследует меня. Но почему я его не помню?
– Может, он использует какие-то препараты и гипноз, чтобы изменить вашу память, – ответила Фрэнки.
Тодд резко повернулся к ней. Он был мрачен, как туча.
– Как и вы.
– Да, – призналась Фрэнки, – как и я.
Он навис над ней, и на мгновение ей стало страшно. Она увидела перед собой человека, готового сорваться, ударить любого, кто окажется перед ним. Но Тодд повернулся к ней спиной и пошел к выходу.
– Тодд, куда вы? – спросила Фрэнки.
– Я собираюсь прикончить его, – ответил он.
– Как там девушка? – спросила у Фроста лейтенант Джесс Салседа.
Она посасывала сигарету. Они вдвоем стояли у здания полиции, расположенного в Мишн-Бей у самой воды. Улицу заполонили болельщики «Джайантс», спешившие на дневной матч, который проводился на прибрежном стадионе в двух кварталах от штаба полиции. На парковке напротив пахло поп-корном, хот-догами и пивом. Из динамиков звучал хип-хоп. Погода была пасмурной и холодной, близилась гроза, однако болельщиков это не останавливало.
– Она в больнице, – ответил Фрост. – Я сейчас еду туда, чтобы отвезти ее домой. Врачи нашли в организме следы барбитуратов.
– Сексуальное насилие было? – спросила Джесс.
– Нет.
– Хоть это хорошо.
– Что насчет «Малибу»? – в свою очередь поинтересовался Фрост. – Что сказали криминалисты? Есть какие-нибудь улики?
– О да, масса, – ответила Джесс. – Отпечатки, ДНК… Но бьюсь об заклад, что это приведет нас к хозяину машины, а не к этому типу.
Продолжая курить сигарету, она привалилась спиной к стене. Джесс была невысокой – как минимум на шесть дюймов ниже Фроста, – но очень крепкой и сильной для своей изящной – десятого размера – комплекции. Ей недавно перевалило за сорок; для своих каштановых с золотистым мелированием волос она предпочитала короткую стрижку с длинной челкой, закрывавшей глаза. Слегка загнутый кончик носа совсем не портил ее внешность, однако на круглом лице чрезвычайно редко появлялась улыбка. Джесс всегда пребывала в сердитом настроении. Она сердилась на преступления. На нищету. На мужчин, которые использовали женщин в качестве подвесной груши. И она не могла спокойно относиться ко всему тому, что ей не нравилось в городе. Ее язвительность и прямолинейность постоянно создавали ей проблемы при общении с руководством, однако полицейские, работавшие «на земле», и оперативники знали, что она не ведает страха, и уважали ее «голубую кровь». Джесс работала в полиции с восемнадцати лет, в чем пошла по стопам своего отца, который поступил на работу в полицию в возрасте восемнадцати лет.
– Так чего добивается этот тип? – спросила Джесс. – Каков его план?
– Не знаю.
– Ты говорил, что песня на девушку не подействовала, так? В отличие от остальных…
Фрост кивнул.
– Верно. Этот тип похитил ее и чем-то накачал, но я не могу вычислить его следующие шаги. С Люси он поступил не так, как с другими женщинами, и это очень тревожит меня. Я был бы рад, если б возле нее круглосуточно находился полицейский.
Джесс внимательно посмотрела на него из-под челки.
– Люси?
– Ага.
Она достаточно хорошо знала Фроста, чтобы понимать его с полуслова.
– Тебя с ней связывает что-то личное?
Истон, заколебавшись, перевел взгляд на болельщиков, шедших к стадиону.
– Это не то, что ты думаешь.
Джесс с подозрением посмотрела на затягивавшие небо темные тучи.
– Фрост, сохраняй объективность.
– Не переживай, с ней ничего не случится. Тут отношения совсем другого рода. Во всяком случае, с моей стороны.
– Ну я не собираюсь читать тебе лекции о том, с кем стоит связываться, а с кем нет.
Фрост знал, что она злится на него, но не из-за расследования.
