— У тебя что, насморк?
— Ты чо! Это такая пацанская песня.
— А! Я-до дубал, чдо у дебя дасборг — от либодада.
— Какого еще лимонада?
— Из чибодада. Дашел чибодад с дибодадом — и дасборг!
— Прикалываешься?
— Еще чего. Прикол — это злая шуточка над зэком — новичком в камере. А я просто шучу.
— Эта, а зачем шутят над новичком?
— А посмотреть — как он ориентируется в ситуации. Пролопушит — будет ему худо.
— Вон как… тебе магазины набить надо?
— Не, спасибо. У тебя сегодня и так работы куча будет.
— Это какой? Ракеты потрошить?
— Ага.
— А мы уже — Николаич сказанул — мы полста зачинок и надыбали.
— Каких зачинок?
— А во! — Демидов вытягивает из кармана куртки грубо отрезанную верхнюю половину патрона от сигналки с примотанными скотчем к донцу ракеты спичками.
— И работает?
— А то! Кинуть?
— Тут же кругом люди и машины, подпалишь кого!
— Да лана, я ж не тупарь, усекаю.
— Ну ладно, уже зовут, счастливо оставаться!
— Зря меня не взяли!
— Еще наездишься!
В автобусе неожиданно много народу, снаружи и не разглядел. Окна никто не мыл, видно сочли, что такое тонирование рубероидом меньше привлекает внимание, поверх наварили сеток и полос. Тут эстетики никакой — сделано грубовато, но с виду надежно.
Вид у обычного китайского автобусика стал каким-то постапокалипсичным, голливудским, в решетках и грубых подпалинах от сварки… Здороваюсь с мужиками — если нам повезет, то они вернутся на грузовиках. За руль устраивается Вовка. БРДМы сегодня ведут в дело мужики из Артмузея, которые их чинили. На головном бронике покатит Николаич и Сергей — за пулеметом, второй примет в себя Ильяса с винтовкой в жестком крепеже башенки и Сашу. Проверка работы раций. Работают. Даже у меня, хотя я с этой бесовской техникой не очень-то дружу.
А вот Дима-опер устраивается на переднем сидении рядом с Вовкой. Мужичок, которого он согнал, бухтит, но затыкается, когда ему в понятной и доходчивой форме объясняют, что стрелок спереди полезнее второго водятла. К тому же Дима знает этот район — и тир тоже сугубо его наводка.
Автобус выкатывается из ворот, забирается на горбатый Кронверкский мост — и останавливается перед разворошенным муравейником. Саперы развернулись во всю мощь, мало того, сейчас в их игрищах участвует здоровенный гусеничный кран. Видимо решили узел обороны моста сделать циклопичным. Подозреваю, что как только вычерпают запасы бензоколонки — так и отодвинут там оборону, да и Иоанновский мост скорее всего разберут — пока холодно еще зомби не прут к реке, а потеплеет — не удержим.
Вовка бубнит в свою «рацею». Стоим, ждем. Пока стоим — звоню братцу. Отзывается сразу — говорит, что чем дальше, тем хуже. Зомби стало больше, мало того идет вспышками какая-то пальба, причем Миха и его отец как-то очень насторожились от этого, объяснить не могут почему, но сильно встревожились. Характер стрельбы истерический, по их мнению, и очень похож на перестрелку. Не было печали! Договариваемся ориентировочно на два часа — к тому времени мы должны уже быть напротив Коттеджа. Дима обещал наладить связь. Но тут проблема — водятел машины сам в рациях ни бум бум. Передаю оперу трубку, и они там бурно о чем-то переговариваются. Причем я с трудом понимаю едва ли не каждое третье в лучшем случае слово.
Трогаемся — оказывается, за разговором не заметил подхода «колонны бронетехники». Маленькая такая колонна. Первая машина выглядит боевито, а вот вторая непривычна глазу — из башенки торчит СВТ, что как-то странно.
Пробравшись через саперное буйство, наша техника вместо того, чтоб идти по асфальту Кронверкского проспекта сворачивает на аллеи Александровского сада. Дима, повернувшись, объясняет — надо проверить проходимость, глянуть много ли зомби у ограды Зоосада и в парке — и чем черт не шутит — возникла идея нарастить в будущем ограду парка и оттяпать себе еще кусок территории. Под огороды, например. Сейчас, разумеется, это не получится, а вот зимой глядишь и выйдет. Ну да, картошка-то с луком у нас уже кончилась…
В грязные стекла черте что успеешь разглядеть. Но что радует — мало тут зомби. Не такая толпень, как на Невском. Вываливаемся из входа в парк на Сытнинскую площадь.
Теперь смотреть в оба глаза. До этого, на инструктаже растолковали, что L — образное здание ИТМО с красивой башенкой огораживает площадь с двух сторон. Охватывает и территорию рынка. Сам рынок — здоровенный центральный корпус с различной жратвой — в одном конце овощи-твороги — а в другом — рыба и, к сожалению — мясо. Значит там живчики как минимум. Еще есть павильоны со шмотками и всякой всячиной — а с противоположных ИТМО сторон тоже буквой Г — киоски в ряд — с продуктами. Еще просили присмотреться к магазину парфюмерии и иметь в виду колледж — может там кто живой. Проезжаем мимо запертых ворот на рынок. Следующие открыты настежь. На углу автобус останавливается, а броники проезжают дальше. А неплохо так проезжают — дымина из выхлопных от них не валит. Значит, еще поездят.
Вовка поворачивается и говорит:
