Пока наши разбираются с собранным трофеем, успеваю заскочить на кухню — опять повару что-то запонадобилось, о чем сообщила все та же тощенькая девчонка, от которой уже пахнет густо соляркой — видно заняла место истопника. Ну да солярка — не ацетон, потерпим. Еще девчонка ухитрилась перемазаться сажей, но зато кожа порозовела, не такая восковая, как была совсем недавно — видно подкормил повар помощницу.
— Я собственно хотел с вами посоветоваться — начинает толстяк.
— Слушаю вас — не менее политесно отвечаю я.
— У меня кончились консервы и манка. Принесли небольшой мешок картошки. Варить просто картошку — смешно, очень уж мало. Чистить некому и нечем. Вы не могли бы сообщить командованию, что нужны продукты и знаете — чтоб вас всякий раз не дергать — связь бы неплохо организовать.
— Хорошо, это сделаем.
Тут я вспоминаю рассказы нашего преподавателя, отработавшего лет тридцать в Заполярье и предлагаю повару раздать картошку, чтоб особо настырные клиенты ели ее потихоньку сырьем — из расчета полкартофелины на нос в сутки.
— Как витамин "С"? — схватывает повар суть.
— В точку.
— И помогает?
— Наш преподаватель так успешно от цинги лечил.
— Хорошо, попробую — усмехается печально толстяк.
— Ждете, что утром бедлам начнется?
— Да. Неясно, по какому пути эта публика пойдет.
— Да уж, путей много.
— Нет, тут вы не правы. Путей мало. Всего три.
— Мало?
— Конечно. Вот послушайте, это еще Гумилев написал.
И толстяк-повар с чувством декламирует:
— Собственно Гумилев тут во-первых сказал, что мы все умрем. И что дальше? Смысл-то девкаламеровать?
— Смысл как раз глубокий. Человечество выживает уже много тысячелетий — и принципы выживания не изменились с древних времен. Три способа поведения для того, чтобы выжить.
— Не маловато получается — для всего-то человечества?
— В самый раз. Только три — и вы не сможете упомянуть четвертый.
— Тогда перечисляйте!
— Запросто. Первый — Конструктивный. Для выживания люди организуются в общество, создают себе защиту, обеспечивают себя продуктами, создавая их, созидая себе жилье, обеспечивая будущее своему потомству — и давая себе спокойную старость, завязывая торговые и родственные отношения с соседями.
— Ну, предположим.
— Второй — Деструктивный. Создается банда, для того, чтоб — не созидая своего отбирать чужое и жить за счет бедолаг, оказавшихся рядом.
— Так. А третий?
— Изоляционистский. Удрать подальше и жить отшельником. Выживать не в группе, а в одиночку.
— Это как Сергий Радонежский?
— Отнюдь, как говаривала незабвенная графиня. Он не выживал в отшельничестве — он Веру искал. В смысле — постигал религию и самосовершенствовался. Постиг — вышел к людям. Если уж вам так нужен живой пример — так больше подходит семейство Лыковых.
— Ну да, ну да… Живой пример тому — ныне покойный Иван Иванович…
— Вы можете добавить четвертый способ?
— Я должен подумать.
— Бьюсь об заклад — ничего нового не придумаете.
— Ладно. Пока больше голова болит, чтоб эвакуировать всех тяжелых… Да, и еда, конечно… Еда, вода…
Ботан радует — скоро прибудут еще группы — в том числе и из Крепости.
Наши обстоятельства сообщены, так что возможно и ремонтники будут и водилы. Ильяса точит, что две коробочки стоят брошенные. На его осунувшейся физиономии это как маркером написано.
— Ты пока тут побудь, мы все-таки железячки дернем, не могу, чтоб они там оставались — бурчит Ильяс.
— А тут кто останется?
— Вот ты и останешься. Мы только часть народу возьмем. Давай, действуй!
— Ильяс, зря ты это — припрется кто — угонит железяки уже наши отсюда.
— Вот и охраняй. БТР сейчас — акче!
Мне не удается выразить в звуке все свое неудовольствие, а наш батыр уже слинял, на двух броневиках, забрав большую часть личного состава. И Филя урыл и саперы. Прошу Сашу максимально приглядывать за стоящей техникой. Взять пару человек — и приглядывать. Техника стоит сплошным черным массивом. Только антенны торчат сверху в посеревшем уже небе. Подобраться можно со всех сторон — тут эти железяки друг друга загораживают. У нас так из охраняемого часовыми парка пропало несколько танковых катков. Все расположение обыскали — пропали катки. А ведь не иголка — каждый за сто кило весит… Блинчик зеленый.
