— Что?
— Почему, когда ты… в тот раз… взлетел, ты был похож на ангела?
— Потому что ангельское начало во мне сильнее. Когда я покидаю тело, скованное узами, я перехожу в ту часть материи, которая помогает стать целостным. Я могу стать ангелом, но только в «эфире». Назовем это так. И на очень короткое время. Если я не успею вернуться вовремя, то я могу навсегда остаться призрачным ангелом. Позорная участь. И обидная.
— Обидная?
— Конечно. Потому что самых дорогих в этой ипостаси никогда не видишь.
— Вот как… — голос Иры упал.
— Правда, — добавил Тайфин. — Если я стану таким сейчас, то тебя я тоже не увижу.
— Не увидишь? — задумчиво повторила девушка и улыбнулась.
Полуангел подошел к ней ближе, обнял, и Ира неожиданно для него устроилась в его руках удобнее.
— Постоим так еще немного, — попросила тихо девушка. — И вернемся домой.
— Конечно, — согласился Тайфин и улыбнулся. — Но наш разговор еще не закончен. Хотя и будет гораздо лучше, если мы продолжим его дома.
— Почему? — удивилась Ира.
— Потому что, — полуангел наклонился к девушке, провел пальцами по ее щеке, а затем коснулся уголка губ, вначале левого, потом правого. — Это всего лишь сон. И мои прикосновения не оставят тепла на твоих губах.
— А тебе это надо? — вскинула голову девушка.
— Конечно.
— Но… почему?
— Потому что я… потому что ты мне нравишься.
Ира улыбнулась.
— Просто нравлюсь?
— Наверное, немного больше, чем просто, — улыбнулся Тай в ответ. — Но хватит, больше ни слова. Я и так сказал больше, чем собирался. Пора возвращаться. Домой.
— Домой, — в голосе Иры неожиданно прозвучала тоска, а потом она улыбнулась и кивнула. — Возвращаемся…
В этой части города никогда не появлялись законопослушные граждане. Не потому, что они боялись трупного тяжелого запаха, который царил на этой территории, подавляя. Не потому, что боялись запачкать свою одежду о те отбросы, которые загрязняли улицы, или пораниться о куски ржавой арматуры.
Здесь никогда не появлялись те, кому была дорога жизнь. Исконные обитатели этих трущоб ненавидели чистеньких и лощеных типов, и очень быстро объясняли пришельцам, что на этих улицах можно появляться, только соблюдая закон джунглей: «выживает сильнейший».
Видимо, парню, который сейчас прижался к стенке старого обшарпанного здания, это никто не объяснил. Светлые голубые джинсы были в пятнах засохшей и свежей грязи. Темно-синяя джинсовка в нескольких местах была порвана. Белая некогда майка стало серо-бурой. Светлые встрепанные волосы были запачканы чем-то алым.
Прижав к разбитой щеке грязную ладонь, парень сплюнул и осторожно выглянул за угол.
Его преследователи немного потерялись, но это явно ненадолго. В конце концов, они здесь живут давно, знают каждый закоулок, да к тому же, в отличие от него, перемещаются на колесах.
А ему всего лишь надо убраться отсюда, да побыстрее.
В который раз, парень пожалел о том, что никому не сказал, куда и зачем отправляется. Напарник или напарница сейчас очень бы не помешали. До широкого проспекта, где много полицейских, дорогие отели, до мира, где все решают деньги, было всего ничего — полоса дорожного разбитого покрытия и высокая решетка.
Но перепрыгнуть через нее — не проблема для полудемона. Проблема в том, чтобы добраться до этой решетки.
Вздохнув еще раз, Фил потрогал оттопырившийся карман своей джинсовки. То, ради чего он так рисковал, было еще с ним.
«Ладно. Я зашел уже так далеко. К тому же тут осталось то пробежать всего ничего. Если бы не эта служба маскарада! Здесь ни в коем случае нельзя применять своих особых способностей. Иначе… Ничем хорошим это не закончится. Если можно было бы, я бы ушел по крыше. А так придется по-человечески. Ладно. Вперед!»
Оглядевшись по сторонам, полудемон осторожно двинулся по переулку, по-прежнему прижимаясь к стене, смотря под ноги, чтобы не выдать себя неосторожным шумом, и прислушиваясь до звона в ушах, чтобы не пропустить преследователей.
Впрочем, они оказались умнее. И, загнав свою дичь на флажки, уже ждали полудемона на улице.
Фил успел покинуть проулок, успел пробежать метров сто — почти половину нужного расстояния, когда со всех щелей, словно тараканы, появились байкеры. Они были везде… И окружили парня со всех сторон.
Высокий предводитель на черном монстре, стянул шлем, обнажая лысый череп, глубоко посаженные глазки, скошенный нос (ломали что ли) и плоские губы.
— Какие люди! Фил, ты ли это?
— Боров? — изумился полудемон, выпрямляясь. — Это твои люди объявили на меня охоту?
— Конечно. В прошлый раз мы с тобой расстались очень тепло. И я подумал, что еще одна теплая, исключительно «дружеская» встреча нам с тобой не помешает.
Фил прошипел сквозь зубы пару злых непечатных выражений. В прошлый раз, он набил этому придурку морду, увел у него девушку, байк и деньги. Нет, он, конечно, сам был виноват, но, наверное, не надо было поджигать этому чудику шевелюру, объясняя это последним писком моды, надевать погоны из китайской лапши и называть Боровом.
