Клаузер согнул руку, потом покрутил ею.
– Нет, – сказал он. – Лучше позвони Робин.
– Зачем?
– Сам знаешь, зачем. И еще Джону. У него на одежде, по-видимому, есть пятна крови Эриксона. Скажи ему, пусть отыщет такое пятно и сделает мазок, а ты сразу отправь все это Робин. А сейчас отвези меня домой. Нужно переодеться. Много времени это не займет. Поехали.
Брайан вытянул руку и резко захлопнул дверцу. Пукки некоторое время не мог опомниться, потом, еще раз недоверчиво покосившись на напарника, вытащил из кармана сотовый телефон и уселся за руль. Выезжая, он уже набрал номер Робин…
Рекс летел…
Пока он парил над городскими улицами, сырой вечерний воздух хлестал его по лицу и развевал волосы. Рекс находился на спине чудовища, которое совершало прыжки с одного здания на другое. Одной рукой мальчик ухватился за шею Пьера, другой прижимал к себе одеяло. Во время полета конец одеяла неистово болтался на ветру.
Это было невероятно, в это было невозможно поверить, но это происходило. Сейчас, в данную секунду. С
Пьер приземлился, да так легко и непринужденно, что его большие ноги едва шаркнули по асфальту. Слай приземлился справа от них, Сэр Вог и Форт – слева. Они бесшумно двинулись через плоскую крышу, спрыгнув еще ниже, на крышу соседнего здания, затем перебежали к противоположной стене и опустились на колени, слившись с собственными тенями.
Они ждали.
В темноте сверкнули глаза Слая. Он наклонился и прошептал:
– О чем ты думаешь, мой король?
Рекс засмеялся, потом приложил ладонь ко рту – чтобы не издавать лишнего шума – и прошептал в ответ:
– Это самая крутая вещь на свете. Марко провел меня через переулки и подвалы, но сейчас… это намного круче.
Слай кивнул.
– Иногда мы передвигаемся и по крышам, но так слишком опасно. Сегодня вечером мы можем себе это позволить – монстр ранен.
Пьер покачал головой:
– Нет, я не верю. Монстру нельзя навредить, он же пуленепробиваемый!
Пьер оторвал на крыше кусок дегтя и принялся что-то рисовать на кирпичной стене.
Слай вздохнул и закатил глаза.
– Никто не бывает пуленепробиваемым, Пьер. Позвонил Тард и сказал, что его увезли на санитарной машине.
Рекс посмотрел на собравшихся вокруг него Слая, Пьера, Сэра Вога и Форта. Они больше не вызывали у него такого ужаса, как в самом начале.
– Если монстр ранен, почему мы движемся так тихо?
Слай улыбнулся и подмигнул желтым глазом.
– Потому что, если мы ошибемся, это будет наша первая и последняя ошибка.
Рекс увидел, что под одеялом Слай носит обычную одежду – джинсы, растоптанные кожаные ботинки и толстовку с большим капюшоном. У Форта под одеялом тоже обнаружилась вполне обычная одежда. Пьер оказался более странным – на нем были только синие шорты-бермуды и никакой рубашки или футболки.
На крыше было тихо. Тихо и одиноко. Большинство зданий в Сан-Франциско – трех- или четырехэтажные. Внутри одного квартала Рекс и остальные могли относительно легко перемещаться с крыши на крышу. Чтобы добраться до следующего квартала, требовалось всего лишь хорошенько
На улицах было полно автомобилей и людей. А здесь царила тишина – плоское пространство; кругом, куда ни посмотришь, одни пустые крыши…
Рекс расслышал чей-то стон. Алекс. Он был все еще жив. Форт держал его у себя под мышкой.
Слай медленно выглянул из-за парапета. Осмотревшись, он опустился на корточки и произнес:
– Еще несколько минут.
Каждый раз, когда они перепрыгивали через улицу и приземлялись на крышу очередного здания, то на некоторое время делали передышку. Если на соседних крышах оказывались люди, Слай заставлял всех ждать, пока те спустятся вниз, либо находил другой путь – в обход. Когда требовалось прыгать на следующее здание, Слай всегда проверял, чтобы внизу, на улице, не было людей и чтобы никто не увидел их сумасшедшие прыжки.
Рексу еще никогда в жизни не было так хорошо. Он крепко вцепился в Пьера, вдыхая восхитительный запах его коричневой шерсти и неделями не стиранной одежды. Грудь и руки Рекса ощущали приятное тепло. Не только тепло от тела чудовища, но и более глубокое тепло, чувство любви, от которого мальчику хотелось радостно заплакать.
Они несли его домой.
Слай выглянул через край, убедился, что все чисто, и прыгнул. Путешествие продолжалось, от квартала к кварталу. Рекс узнал внизу Джексон-стрит, когда они пролетали над нею. Это было недалеко от прежнего дома. Они пересекли Пасифик-стрит, а потом тихо перемещались от строения к строению, пока не остановились на краю крыши. Они ждали.
Внизу проходила какая-то узкая дорога. А за нею, далеко внизу, четыре транспортные полосы исчезали в туннеле, который проходил под квадратным зданием.
– Пьер, это ведь Бродвейский Туннель?
– Точно, мой король.
Они подождали еще немного. Внизу, на узкой улочке, целовались мужчина и женщина. Они делали это возле своего автомобиля. Обоим было, наверное, под тридцать.
