Старый солидного вида чиновник объясняет мне, как красть деньги. Например, получать от разных организаций гранты на одно и то же исследование.
– Все равно никто не проверяет! – посмеивается он. – А станут проверять – тоже не страшно, откатишь проверяльщику, обычное дело. Все так делают.
У него доброе, открытое, симпатичное лицо.
< Но сначала предыстория.
Я работал в Вашингтоне, в Институте мира. Там была внутренняя электронная почта. Бывало, тенькает в компьютере, и выплывает письмо:
«Hey everybody! Free food on the fi fth fl oor!!! («Эй, народ, халявная жратва на пятом этаже!»)
Значит, кончился какой-то семинар или конференция, и осталась куча пиццы и тарталеток.
И сразу слышится топот по лестнице. Народ бежит за фрифудом. Причем вполне солидные люди бегут, пи-эйч-ди и всё такое.
Я поначалу брезговал. Континентальное воспитание. Но потом пару раз ходил, чтоб не отрываться от коллектива.
Тем более, какой там фуд? Ухватишь пиццы ломтик или колбасу с оливкой на шпильке, и все дела. >
Сначала снилось то, что было на самом деле. Я пошел на семинар в центр Карнеги. Сижу, слушаю, вопросы задаю. Потом легкий ланч – та же пицца и тарталетки.
Ну, салат. Чай, кофе, пепси.
Стою у стола, закусываю. Подходит какой-то незнакомый дядя.
То да се, вы откуда? «Из России». А здесь что делаете?
«В ЮЭсАйПи работаю».
И он вдруг говорит с гадкой улыбкой:
– You came here for free food?
То есть пришел поесть на халяву.
Я сухо отвечаю:
– Меня пригласил господин такой-то… – Называю фамилию важного человека. – Мы с ним давно знакомы. Он у меня не раз бывал в Москве.
Дядька сказал: «Оу, оу» – и стушевался.
Так все кончилось в реальности. Но всё это мне снится.
А дальше во сне – продолжение (чего на самом деле не было).
– Ну да, – говорит он. – Господин такой-то пригласил вас на фри-фуд.
– Вы что? – говорю я. – Зачем мне этот фри-фуд?
– Как зачем? – смеется он. – Вы сэкономили десять долларов. Вы же сегодня не пойдете на ланч?
– Послушайте, – говорю. – У меня очень хорошая стипендия. Мне оплачивают страховку. Я ничего не должен банку. Что мне эти десять долларов?
А он не может успокоиться:
– Десять долларов тут, десять долларов там, два-три семинара в неделю, и на каждом фри-фуд! К концу месяца сто долларов, к концу года – тысяча… Великое дело – фри-фуд!
Беру вилку, пробую целую пиццу – ура, она не разрезана! Подхватываю ее и с размаху надеваю на голову этому дяде. Начинкой вниз!
– Вот тебе фри-фуд!
Топленый сыр вперемешку с красным перцем и кусочками ветчины сползает по его серому пиджаку. Он протирает очки и говорит:
– Ваша ярость только лишний раз доказывает, что вы действительно пришли сюда ради бесплатной еды. You really came here for free food!
Во сне вспоминаю фамилию: Паустовский. Константин Паустовский.
Был такой хороший писатель. Очень популярный. Любимый.
А сейчас никто его не читает, не помнит.
А я помню. Вот, вспомнил его рассказ «Телеграмма».
И еще вспомнил фразу – не помню откуда. «Телеграмма пришла на рассвете». Шаблонно-старинное начало для чего угодно. Для детектива, для военной повести, для любовного романа.
Теперь, думаю я во сне, всё совсем не так. Где эти телеграммы? Теперь эсэмэски вместо телеграмм. И только я это подумал, как пискнула эсэмэска в мобильном телефоне у меня на тумбочке. Едва светает. Посмотрел на часы – три часа ночи. Циферблат еле виден в слабом свете из окна. В окне – посеревшее небо между деревьями. Соображаю, что я на даче. Открыл эсэмэску. Там написано: «Залезь в мою почту, вот пароль». Я поднимаюсь, иду к компьютеру, на ходу нашариваю выклю чатель, чтобы зажечь свет. Щелкаю – света нет. Черт.
То есть компьютер не включишь. Возвращаюсь, сажусь на кровать, беру мобильник, хочу послать ответную эсэмэску или позвонить. Нажимаю клавишу – выплывает: «батарея разряжена», дисплей темнеет. Ложусь в постель, засыпаю, наутро электричество дали, втыкаю зарядник, звоню:
– Привет, это я, что ты хотела сказать?
И объясняю ситуацию: электричество ночью вырубили, а мобильник сел.
Она говорит:
– Ничего.
– Как это ничего? Зачем тогда в три ночи слать эсэмэску, просить залезть в почту?
– Ничего, проехали, – говорит она.
Я понимаю, что я уже не прочту, что она написала. Потому что это ее почта, и она уже, разумеется, сменила пароль. Мне страшно тоскливо от этого. Мне кажется, что она хотела сказать что-то самое важное, главное.
Может, хотела попросить приехать. Но увы.
Да, и вот вопрос. Кто она? Что это за «она»?
Снится, что Оля мне говорит: «Ты не забудь поздравить Катю с днем рождения!» Я говорю: «Сегодня еще рано!»
Я ищу реквизиты чужой банковской карточки. Туда должны перевести деньги, это часть долга, хозяин карточки мне должен, и я имею право ею распоряжаться, пока долг не будет погашен.
