— На улице Грюнель есть небольшое кафе, мы часто там ужинали, когда после свадьбы приехали в Париж. Кстати говоря, в этом отеле, в этой самой комнате мы провели наш медовый месяц... А теперь наша жизнь пошла кувырком. Кармен не хочет, чтобы я оставался в ЮНАКО и рисковал жизнью, боится за меня. А я не могу без своей работы. Мы снова приехали в Париж, хотели вспомнить прошлое, все обсудить на досуге, попытаться спасти наш брак. И что же? Через три дня ты звонишь и говоришь, что меня отзывают из отпуска. Естественно, Кармен в ярости...
Раст угрюмо кивнул:
— Я все понимаю, К.В., но мы не можем без тебя обойтись, ситуация критическая.
Витлок тяжело вздохнул и потрепал Раста по плечу:
— Извини, Жак. Я тебя ни в чем не виню. Знаю, только крайняя необходимость заставила вас прервать мой отпуск. Грустно только, что Кармен этого не понимает...
— Я вижу, что с ней происходит. Мне очень больно, что ваши отношения дали трещину. Я сочувствую тебе, но просто не знаю, как помочь...
— Ладно, не будем больше об этом. Расскажи, в чем состоит мое задание.
Раст ввел Витлока в курс дела, потом достал из кейса голубую папку, открыл ее и передал Витлоку фотографию:
— Это шофер, которого генерал Вайсман хочет использовать. Зовут его Рёбен Александр, живет в Лондоне, по происхождению — ямаец. Ты займешь его место.
— Но я на него совсем не похож. Единственное — мы оба чернокожие.
— К счастью, человек этот не любит сниматься, ну просто терпеть не может. Поэтому мы и думаем, что ты спокойно сможешь его подменить. То, что я тебе показал, — фотография из полицейского архива. Это — единственная. Других нет. Так что никто не узнает, что ты — не Александр.
— А Вайсман с ним раньше встречался?
— Нет. Александр уже две недели находится в предварительном заключении, завтра должен состояться суд. Тут-то его и планируют похитить.
— Я что-то не понимаю, Жак, почему нельзя задержать Вайсмана и его людей до тех пор, пока мы не найдем пробирку?
— А на каком основании? Ведь о том, что он решил отомстить за брата, мы знаем только из неофициальных источников. Ричард Вайсман — генерал с тремя звездочками, один из героев Америки. Если мы попытаемся его притянуть, не имея достаточно доказательств, Пентагон с нас шкуру спустит. Так что нужно молчать и действовать тихо. А представь себе, что произойдет, если мир узнает о пробирке? Это же конец света! Мы просто обязаны сделать все, чтобы Вайсман не путался у нас под ногами. Убрино же придется оставить в покое, если мы хотим иметь хоть какой-то шанс разыскать пробирку.
— А кто наемный убийца?
— Его зовут Вик Янг, вместе с Ричардом служил во Вьетнаме. Вот и все, что нам пока известно. Информацию собираем, подробные сведения получишь в Лондоне.
Витлок возвратил Расту фотографию.
— С кем я там буду контактировать?
— Майор Лонсдейл из Скотланд-Ярда, группа по борьбе с терроризмом.
— Разве мы действуем не самостоятельно?
— Нет, британские власти и слышать об этом не хотят. Работать придется вместе с этой группой. У нас не было выбора. Лонсдейл поставит тебя в известность о дальнейших действиях, когда прилетишь в Лондон.
— Во сколько мой рейс?
— В десять.
Витлок посмотрел на часы.
— Уже семь тридцать. Извини, Жак, я должен поговорить с Кармен.
— Желаю удачи, а я пошел.
Они пожали друг другу руки. Витлок взял ключ и вышел вслед за ним.
Улица Грюнель была неподалеку. Кафе совсем не изменилось, подумал Витлок: те же белые стены, зеленый навес над входом, несколько столиков под зонтиками стояли прямо на тротуаре. Он вошел внутрь. Народу было полным-полно.
Кармен сидела у стойки и рассеянно водила пальцем по ободку пустого стакана. Витлок подошел к жене и проговорил с улыбкой:
— Могу я предложить мадам что-нибудь выпить?
— Это уже четвертое предложение за вечер, — ответила Кармен.
— Разве французы могут оставаться равнодушными к красоте?
— Когда ты уезжаешь?
— Рейс в десять часов. Извини...
К столику подошел бармен. Не взглянув на него, Кармен резко сказала:
— Мсье заказывать ничего не будет, он уходит. — Потом повернулась к мужу: — Спасибо за второй «медовый месяц». Благодарю, что он так долго длился — целых три дня...
— Кармен!
— Оставь меня!
Он поцеловал ее в щеку. Ему нечего было сказать.
Кармен сидела к нему спиной и не обернулась: она не хотела, чтобы муж видел ее полные слез глаза.
Вторник
