Может, она ошиблась? Сабрина, тронув Палуцци за плечо, показала в, сторону деревьев. От них отделилась фигура в белом маскировочном костюме и замахала рукой.
— Буду снижаться, — заметил Палуцци, не отводя глаз от приборов, — но я садиться не хочу: не знаю толщину снега. Будьте готовы, я дам вам знак, когда выпрыгивать.
Грэхем и Сабрина были одеты в белые комбинезоны и белые лыжные ботинки. Всю экипировку, кроме солнцезащитных очков, им одолжили в местной полиции. Очки были собственные. Захватив лыжи и лыжные палки, они вылезли в хвостовую часть вертолета. Оперативники были опытными лыжниками, но тем не менее регулярно тренировались в лесной глуши на секретной базе, расположенной в штате Мэн.
Грэхем открыл дверь вертолета «Вестланд Скаут» и вздрогнул от струи холодного воздуха, проникшего в салон. Они встали на лыжи и приготовились к высадке. Сабрина не спускала глаз с Палуцци, ожидая его сигнала. Палуцци продолжал снижаться и, когда до земли оставалось всего несколько футов, тряхнул головой, показав им, что можно выпрыгивать. Оперативники, чтобы iе упасть, согнули колени и плавно приземлились на снег. Вертолет немедленно набрал высоту, развернулся и улетел, а к Сабрине и Грэхему подошел голубоглазый блондин лет тридцати. Его солнцезащитные очки были сдвинуты на лоб.
— Майк, Сабрина? — обратился он к оперативникам.
— Да, это мы, — ответил Грэхем и пожал его протянутую руку.
— Лейтенант Юрген Стресснер, — представился блондин и обменялся рукопожатием с Сабриной.
— Где ваш коллега? — поинтересовался Грэхем.
— Наблюдает за шале. Мы получили приказ помогать вам всем, чем можем. У вас уже есть план действия?
— Пока нет, — ответил Грэхем, — сначала нам надо осмотреть шале.
Вслед за Стресснером они спустились с крутого склона в узкую лощину, откуда вел еще один спуск. Неподалеку виднелась сосновая роща. Ловко лавируя между деревьями, Юрген вывел их на небольшую поляну, где, притаившись за скалой, сидел с биноклем его коллега.
— Сержант Марсель Лакомб, — представил его Стресснер. — Он знает эту местность как никто другой.
Лакомб оказался седоволосым человеком средних лет, с военной выправкой. Он приветствовал прибывших кивком.
— Все еще не появился? — спросил Стресснер товарища и, взяв у него бинокль, передал его Грэхему. Лакомб покачал головой.
Грэхем внимательно оглядел одинокое шале, которое находилось примерно в пятистах метрах от того места, где они спрятались.
— Здесь все просматривается, — заметил Майк, — Убрино сразу нас увидит, как только мы высунемся отсюда.
— Могу я дать совет? — спросил Стресснер.
— Да, конечно, — ответил Грэхем, передавая Сабрине бинокль.
— В шале две двери: передняя и задняя. Я предлагаю, чтобы вы разделились на пары и одновременно подошли к этим дверям. Если Убрино увидит тех, кто подошел к передней двери, то попытается скрыться через заднюю, а там его тоже будут ждать.
— Да, но он может открыть пробирку... — пробормотал Грэхем и взглянул на Сабрину.
— Пробирка? — удивился Стресснер. — Это еще что такое?
— Разве вам ничего не известно? — спросила Сабрина.
— Мы знаем только, как зовут преступника и как он выглядит. Это все.
— Мы должны рассказать им о пробирке, — обратилась Сабрина к Грэхему, — нельзя допустить, чтобы им пришлось действовать вслепую.
Грэхем согласился с ней и коротко объяснил, что содержится в пробирке.
— И вы полагаете, если он нас заметит, то может ее открыть? — взволнованно спросил Стресснер.
— Не исключено, — вздохнул Грэхем. — Но я думаю, скорее всего он попытается убежать, тем более если увидит, что к шале подошли только двое.
— Я тоже так думаю, — поддержала Майка Сабрина. — Пусть двое из нас залягут сзади дома, и если Убрино попытается выйти через заднюю дверь, у нас есть шанс схватить его прежде, чем он успеет открыть пробирку.
— Теоретически все верно, — заметил Грэхем.
— Но выбора у нас нет, — пожал плечами Стресснер.
— Да, верно, — подтвердил Грэхем.
— Итак, решено, я иду с Сабриной, а вы с Лакомбом. Надеюсь, у вас есть оружие?
Стресснер удивился:
— Это Швейцария, не Америка. Мы прибегаем к оружию только в исключительных обстоятельствах.
— А это что, не исключительные обстоятельства? — чуть не выругался Грэхем. — Убрино, будьте уверены, вооружен до зубов. Возьмите мой пистолет.
Стресснер положил Майку на плечо руку:
— Пистолет мне не нужен. Убрино ведь не знает, что мы не вооружены. Вряд ли он захочет затеять перестрелку, более вероятно, что он просто попытается скрыться.
— Или откроет пробирку, — заметила Сабрина.
— Оружие может понадобиться вам, — сказал Стресснер. — Вы ведь будете лежать в засаде, поджидая, когда Убрино выскочит через заднюю дверь.
Грэхем еще раз направил бинокль на шале: занавески были опущены; снег, который, по-видимому, шел всю ночь, припорошил крыльцо; никаких следов, в том числе и от лыж, не было видно. Шале выглядело совершенно пустым и заброшенным. Но из трубы шел едва заметный дым.
— Как нам пробраться к шале, чтобы он нас не заметил? — спросила Сабрина.
— Марсель объяснит, он в этом превосходно разбирается.
