Кристина давно уже привыкла реагировать шаблонными шутками на любые вопросы с сексуальным подтекстом. За годы самостоятельной жизни таких фраз, шуточек, разговорчиков набралось такое количество, что порой ей и не верилось, что она до сих пор не является активным участником этой части жизни, дающей так много тем для обсуждения. Она все еще девственница. Следует признать, это правда. Она тяготится этим? – да, все верно. Так, какого же черта!.. Увы. На этот вопрос ответа у нее не было.
– Ты про футболистов? Это банально. – Дверь в ванную распахнулась, и на пороге появился абсолютно голый Серж.
Кристина смерила его взглядом с головы до ног и, сохраняя внешнюю невозмутимость, позволила себе облегченно выдохнуть. Вид голого Сержа не вызвал у нее того волнения, какое несомненно вызвал бы вид любого обнаженного мужчины. Только не этого. Впалая грудь с редкой растительностью, вялый живот, худые руки, узловатые бедра. И эта рябь конопушек по всему телу, как у всех рыжеволосых людей… Определенно, этому типу никогда не удастся вскружить ей голову. Хотя бы эта опасность с его стороны исключается.
– Извини, что я без галстука. Производственная необходимость. – Серж, нисколько не смущаясь, будто каждый день раздевался перед незнакомыми девушками, вышел на середину комнаты. – Пожалуйста, возьми настольную лампу и осмотри меня внимательно сзади.
Кристина уставилась на него взглядом, в котором смешались непонимание и отвращение.
– Одежду я осмотрел, там – ничего, если только не изобрели какую-нибудь нано-кибер-мини-тканевую-штуковину, – буднично проговорил Серж. – Али и его люди всегда знали, где я нахожусь. Понимаешь? Как они могли проследить нас до гаража?
– Жучок! – выдохнула Кристина с явным облегчением.
– Догадалась… Я подозреваю, они воткнули мне его под кожу. Они меня били, я терял сознание. Время и возможность у них были. Но после общения с тобой болит у меня везде, так что…
Следующие пятнадцать минут были посвящены детальному изучению кожного покрова белого мужчины среднего роста, субтильного телосложения, с пигментными пятнами по кожному покрову. Вооружившись лампой, Кристина начала со ступней. Медленно поднимаясь вверх, борясь с волной смущения, она отмечала любые пятна, родинки, прыщи, волдыри, синяки и ссадины. Последних оказалось немало, особенно в области почек, поясницы и спины. Время от времени Серж вздрагивал, когда она подносила лампу слишком близко к его коже, и волоски начинали шевелиться, приподнимаясь, как крошечные растения под лучами солнца.
– Не дергайся, а то поджарю!
Серж терпел. Только когда Кристина осторожно коснулась пальцами его ягодиц, он крепко сжал их.
– Там ничего нет! Я чувствую.
– Ты был женат?
– Нет. Почему ты спросила?
– Да так… – Кристина усмехнулась. – Подумала, что еще немного, и я настолько изучу твое тело, что смогу сдавать по нему экзамены.
– Так часто бывает. Всякие глупости лезут в голову, когда занимаешься чем-то серьезным. Сосредоточься. Не время углублять образование.
– Это не так-то просто. Ты выше пояса весь в синяках. Попал под автобус?
– Под два автобуса. Одного зовут Али, другого – Кри…
– Ты не доверяешь своему другу? – быстро перебила Кристина.
– Какому? – Серж вздрогнул.
– Управляющему гостиницы.
– А-а-а, Диме… Он мне не друг. Бывший босс, с которым во время работы сложились приятельские отношения. Правда, расставались мы слегка напряженно. Но потом сгладилось – перезванивались, поздравляли друг друга с праздниками.
– Поэтому он метнул в тебя дротик?
– Его переполнили чувства. С нами, русскими, часто бывает.
– Так ты доверяешь ему?
– Ты очень любопытна.
– Имею право. Ведь я теперь твой клиент, и ты, позволь напомнить, работаешь на меня. – Кристина пробежалась пальцами по кровоподтекам на правой лопатке, слегка задев свежую царапину ногтем. – Сам напросился.
– Хорошо. Я доверяю ему до тех пор, пока за него не возьмутся.
– Как можно доверять отчасти? – Пальцы Кристины подбирались к багровой гематоме на шее консьержа. По форме она была почти точной копией озера Байкал на географической карте.
– Очень просто. Он не побежит закладывать нас по зову души. Но если к нему придут и надавят, он все расскажет. В пионеры-герои Дима не годится.
– Тогда он действительно не друг тебе.
– У нас нет выбора.
– Почему? Неужели у тебя нет настоящих друзей, способных помочь?
– Ай! – Серж вскрикнул, когда Кристина надавила на шейную отметину.
– Теперь придется потерпеть. Займемся хирургией.
Она залезла в свою сумочку, вытащила пилку для ногтей, пластырь, вату и лосьон. Продезинфицировав пилку, повторила свой вопрос:
– Так неужели у тебя нет настоящих друзей?
Через секунду Серж понял, что болезненный вопрос был отвлекающим маневром. Пока он молча и с грустью подтверждал для себя очевидную истину, Кристина пилкой рассекла кровавую опухоль.
– Терпи! Терпи!
Она выдавила сукровицу, прижгла рану лосьоном и залепила пластырем, пока Серж сквозь зубы тихо матерился, стараясь не вздрагивать.
– Вот! – Кристина бросила на туалетный столик кусок серого пластика площадью не более пары миллиметров.
– Ничего не пропустила?
