– ДжордиЛеви? – обратилась к нему Эрика. – Я – старший инспектор Фостер, со мной сержант Крейн.
– В чем дело? Я просто сижу и пью, никого не трогаю. Законом это не запрещено…
– И ждете вот этого парня, с которым договорились здесь встретиться, – сказал Крейн, доставая фото Уоррена.
– Кто вам сказал?
– Я и сам знаю. Это я договаривался с вами о встрече, – отвечал Крейн.
Парень поджал губы и затем осушил стопку.
– Ну и что? Закон не запрещает встречаться с кем-то в пабе. – Он со стуком поставил стаканчик на стол.
– Нет, все нормально, – подтвердила Эрика. – Мы просто хотим с вами поговорить? Что пьете?
– Двойную порцию водки. И картофельные чипсы.
Эрика кивнула Крейну, и тот направился к бару. Она села за столик.
– Джорди. Вам известно, о чем мы хотим с вами поговорить?
– Могу попробовать угадать. – Парень допил пиво и поставил бокал на стол.
– Мы не из полиции нравов. Нас не интересует, как вы зарабатываете на жизнь, – объяснила Эрика.
– Как я зарабатываю на жизнь! Я не стоматолог-гигиенист…
– Я расследую убийство Грегори Манро, здешнего врача. Его убили десять дней назад. – Эрика вытащила из сумки фотографию Грегори Манро. – Вот он.
– Я его не убивал, – заявил Джорди, лишь мельком глянув на фото.
– Мы вас не подозреваем. Но соседи видели, как вы выходили из его дома за несколько дней до его гибели. Вы подтверждаете, что были у него дома?
Джорди откинулся на спинку сиденья и пожал плечами.
– Я не веду календарь, для меня все дни похожи один на другой.
– Мы просто хотим знать, что произошло, возможно, вы что-то видели. Ваши показания помогут следствию. Сами вы вне подозрения. Пожалуйста, взгляните еще раз на фото. Вы узнаете его?
Джорди посмотрел на снимок и кивнул.
– Да, узнаю.
Вернулся Крейн с подносом, на котором стояли напитки. Парню он дал водку и чипсы, Эрике – один из бокалов с кока-колой, а сам сел напротив. Джорди убрал за уши волосы и открыл пачку чипсов. От него несло потом, ногти были грязные.
– Итак, нам нужно знать, приходили ли вы домой к Грегори Манро в период с понедельника по понедельник между 20 и 27 июня? – спросила Эрика.
– Кажется, приходил, – пожал он плечами.
Эрика глотнула кока-колу.
– По-вашему, Грегори Манро был геем?
– Свое настоящее имя он не называл, а геем он был, да, – отвечал Джорди, жуя чипсы.
– И вы это знаете наверняка?
– Ну, если он был не гей, тогда что мой член делал в его заднице?
Крейн вскинул брови.
– Как вы договорились о встрече? – продолжала Эрика.
– Через «Крейгслист»[27]. Поместил туда объявление.
– Что за объявление?
– Что готов встречаться с мужчинами за денежное пожертвование. Делать пожертвования не противозаконно.
– И Грегори Манро пожертвовал вам деньги?
– Да.
– Сколько?
– Сотню.
– Вы провели у него ночь?
– Да.
– О чем вы говорили, Джорди?
– Мы почти не разговаривали. Большую часть времени рот мой был занят… – ухмыльнулся он.
Эрика вытащила из сумки один из снимков места преступления и положила его перед Джорди на полированную поверхность деревянного стола.
– По-вашему, это смешно? Взгляните. Здесь Грегори Манро лежит на кровати с привязанными руками и полиэтиленовым пакетом на голове.
Джорди охнул при виде фото, побелел как снег, хотя и так был бледен.
– А теперь, прошу вас, расскажите все, что вам известно о Грегори Манро. Это очень важно, – произнесла Эрика.
Джорди выпил водки.
– Да он был такой же, как все женатики, стыдящиеся своих наклонностей. Умоляют, чтобы их трахнули как следует, а потом слезы льют от стыда. Во второй мой приход он особенно сильно нервничал. Все спрашивал, не брал ли я ключи.
– Что за ключи?
– От входной двери.
– Почему?
– Он думал, что я промышляю воровством. Многие так думают. Но потом он спросил, не заходил ли я к нему домой в его отсутствие.
Эрика посмотрела на Крейна.
– А вы бывали у него дома в его отсутствие?
Джорди покачал головой.
– Он сказал, что вещи его не на месте.
– Какие вещи?
– Нательное белье лежало на кровати… Его это ужасно напугало.
– Он разводился с женой, – сказала Эрика, чувствуя, как в душе поднимается волнение. – Может быть, это жена приходила?
– Он утверждал, что это не может быть она. Он только-только сменил все замки. Ключи были только у него. Он вызвал женщину из какой-то охранной компании, чтобы она все проверила.
Эрика с Крейном переглянулись.
– Вы видели эту женщину?
– Нет.
– Он описывал ее внешность?
– Нет.
– Хорошо, тогда припомните, говорил ли он,
Джорди поджал губы, задумавшись.
– Не знаю. Постойте: это было в мой второй приход. Она ушла как раз передо мной. Он, казалось, успокоился после того, как она все проверила.
– Не помните, это было в понедельник? Если в понедельник, значит, 21 июня.
Джорди скривился, снова посмотрев на фото, и прикусил губу.
– М-м-м, да… Да, точно, в понедельник.
Эрика достала из сумки три двадцатки и протянула их Джорди.
– Что это? – спросил он, глядя на деньги.
– Пожертвование, – ответила Эрика.
– Я договорился на сотню.
– Торг здесь неуместен.
Джорди взял деньги, поднял с пола из-под стола рюкзачок и протиснулся мимо них.
