– Да так, всякая ерунда, – ответил Питерсон. – Мы отрабатываем телефонные звонки, но, думаю, передача многих настроила на тревожный лад. Некий мужчина из северной части Лондона позвонил прямо во время прямого эфира и сообщил, что он спугнул грабителя, который пытался проникнуть к нему в дом через окно первого этажа. Одна женщина из Бекенэма уверяет, что вскоре по окончании передачи она видела, как через ее двор пробирается щуплая фигурка… Старушка, живущая близ Лорел-роуд, проснулась и спугнула незваного гостя, который через окно залез к ней в спальню… Да, и теперь трое жителей с Лорел-роуд говорят, что видели на улице миниатюрную женщину, внешне схожую с той, что участвовала в реконструкции: она доставляла в их районе овощи. Нам потребуется время, чтобы проверить всю эту информацию.
– У нас есть видеозапись этого выпуска «Внимание, розыск!»? – спросила Эрика. – Мне хотелось бы еще раз просмотреть передачу. Возможно, я сказала что-то такое, что заставило ее найти меня, узнать мой телефон и позвонить. Свяжитесь от моего имени с Тимом Эйкеном. Как знать, может, в кои-то веки он скажет что-нибудь умное.
Она обратила взгляд на большую карту Лондона, висевшую на стене.
Словно прочитав ее мысли, Мосс промолвила:
– Столько мест, где можно спрятаться в темноте.
Эрика, Питерсон, Мосс, Марш и Тим Эйкен сидели, сгрудившись вокруг телемонитора, в одном из просмотровых залов отделения полиции. Смотрели выступление Эрики в передаче «Внимание, розыск!».
Эрика не нравилась сама себе на экране: голос более высокий, визгливый. Радовало, правда, что столичная полиция еще не удосужилась сменить мониторы на экраны с высоким разрешением. Однако это были мимолетные мысли, сидевшие в глубине сознания. Ее интересовало, почему убийца именно так отреагировала на передачу, если она действительно смотрела этот выпуск.
Они дошли до последней части, когда у Эрики стали брать интервью в телестудии. «
Ведущий затем начал зачитывать контактную информацию – телефоны и адрес электронной почты, – высветившуюся внизу экрана.
– Итак? – спросила Эрика, поворачиваясь к Тиму Эйкену.
– Вариантов много, – отвечал Тим, потирая щетинистый подбородок. Разноцветные плетеные браслеты заиграли на его запястье, когда он вскинул руку.
– Если убийца смотрела передачу, какова могла быть ее реакция на то, что совершенные ею преступления воссозданы на экране?
– Это могло потешить ее эго. Серийные убийцы, как правило, самолюбивые тщеславные особи, – сказал Тим.
– То есть, возможно, ей польстило, что ее роль поручили исполнить привлекательной сексапильной молодой женщине? – уточнила Мосс.
– Это зависит от того, что вы подразумеваете под понятиями
– Ну, лично я не прогнала бы ее из своей постели. Питерсон? Сэр? – спросила Мосс.
Питерсон хотел ответить, но Марш его перебил:
– Давайте не будем обсуждать внешние данные актрисы, – раздраженно бросил он.
– Или, возможно, она физически непривлекательна, – продолжал Тим, – и ей не понравилось, как ее изобразили. Или, допустим, она физически гораздо крепче, и ей не понравилось, что ее роль в реконструкции исполнила миниатюрная девушка… Следует помнить, что дело не в том, какая она, а в том, что она делает и зачем это делает. Она убивает мужчин. Обе жертвы – рослые и мускулистые, атлетичного телосложения. Возможно, она подвергалась насилию со стороны мужчины или мужчин – супруга, отца…
– Нужно составить психологический портрет, – попросил Марш.
– Я уже представлял один психологический портрет, исходя из того, что преступник – мужчина-гомосексуалист с хищническими задатками…
– Но эта версия уже исключена, – заметил Марш.
– Серийные убийцы женского пола встречаются крайне редко и мало изучены. Составить их психологический портрет чрезвычайно сложно. У нас очень мало данных.
– Мы платим вам достаточно. Постарайтесь, – распорядился Марш.
– Тим, что-нибудь еще вы почерпнули из видео? – спросила Эрика.
– Не исключено, что она сопоставляет себя с вами, старший инспектор Фостер, в смысле самооценки. Выступив по телевидению, вы позиционировали себя как человека, который твердо намерен ее арестовать, и она не учитывает, что вы руководите целой следственной группой. Возможно, она расценивает это как борьбу за превосходство. Вы также назвали ее опасным и крайне неуравновешенным человеком.
– А она скорей всего считает себя жертвой, – заключила Эрика.
– Да. И вы бросили ей вызов в прямом эфире. Наверняка это ее задело. И она наверняка попытается вас разыскать.
По окончании совещания Марш попросил Эрику задержаться.
– Не нравится мне все это, – сказал он. – Я уже отчитал Вулфа за то, что он раздает телефоны сотрудников направо и налево.
– Он же не знал.
