Марьяна жила счастливой беспечной жизнью с любящими родителями и младшей сестрой. Однако в дом пришла беда, и повзрослеть ей пришлось быстро, а потом и попасть в серьезные неприятности, связанные с ее новым занятием. Сдаваться она не собирается, но как быть, если ты оказалась в руках жестокого, но обольстительного главаря преступной банды? Можно ли верить его сладким речам или лучше принять очевидный факт, что он жесток и беспощаден со всеми? К тому же в жизни Марьяны вдруг оживают страхи детства, связанные с вампирами. Что сулит встреча с одним из них, особенно, если ты сама его спровоцировала? Смерть? Изощренное наказание? А может быть, любовь?
Только что отгремели раскаты последних салютных залпов над Невой. В воцарившейся тишине радостные крики, смех и гомон толпы казались наигранными и неуместными, но постепенно ухо приспособилось к привычному звуковому фону и все ночные звуки слились в неповторимую симфонию праздничной майской ночи. Тысячами огней светились дворцы, храмы, памятники, теплоходы на Неве и каналах, витрины магазинов, фонари на широких проспектах и в чернеющих парках. Ник находился в эпицентре этой феерии, в самой гуще толпы на Дворцовой площади. Отсюда он условно начал свою сегодняшнюю охоту за Ней, предварительная слежка была не в счет. Сегодня у него будет настоящий пир. В толпе он лучше всего ощущал остроту своего одиночества и своего превосходства над этим стадом.
Ник медленно потянул носом прохладный влажный воздух с набережной. Ее запах. Этот аромат ни с чем нельзя перепутать. Он мигом вызывал сладкий дурман в голове, голодный спазм в желудке, прилив слюны во рту и эрекцию. Под верхней губой набухли бугорки клыков, среагировавших на потенциальную жертву. Ник инстинктивно расправил плечи, слегка сжал в карманах кулаки и повертел головой, разминая шею в предвкушении охоты и сладкой мести.
Некоторое время он шел, проталкиваясь сквозь толпу, ориентируясь только по нюху и наслаждаясь преследованием вслепую. Ему мешали запахи улицы – выхлопные газы, дым от салюта, человеческая еда, человеческие тела, парфюм… но Она пахла сильнее всего. Она его звала.
Молодой человек облизнулся. Он уже хорошо знал, что преследует девчонку лет восемнадцати или даже младше, русоволосую, зеленоглазую, в хорошей физической форме, к тому же девственницу. Удары ее сердца и частое дыхание он слышал через сотни метров, отделяющих их друг от друга. Когда расстояние между ними сократилось метров до восьми-десяти, Ник взглянул в ее сторону. Да, это была она. Визуальное узнавание тоже доставило удовольствие и вызвало едва заметную улыбочку-волчий оскал. Худенькая, как тростинка, но женственности и округлых форм в нужных местах не лишена. Походка пружинящая, посадка головы – гордая, правильная осанка, тугой пресс, круглая подкачанная попка, высокая крепкая грудь второго размера. Плечи расправлены, даже несмотря на то, что на голову натянут капюшон толстовки, а руки спрятаны в карманы… И идет она осторожно, стараясь быть незаметной для окружающих, как ласочка, медленно и неслышно пробирающаяся в траве и выслеживающая вкусную мышку. Такая маленькая, сосредоточенная и такая отважная в этой шумной толпе зевак, веселых, поддатых, рассеянных… Похоже, она тоже считала себя тут главной, потому что пришла поживиться, как и Ник. Только не кровью, а чужими денежками.
Недели две назад он обнаружил эту лапочку невдалеке от своего особняка, заинтересовался и выследил, где она живет. Вернувшись домой, он вдруг выяснил, что девчонка осмелилась проникнуть в его дом и даже стащить кое-что… Глядя на нее, ни за что невозможно было и мысли допустить, что она может быть воровкой со стажем… Однако, дальнейшие наблюдения показали, что воровала она прилично… и при этом не попадалась… Такие способности и сила характера даже вызывали искреннее уважение… Особенно учитывая, что она не побоялась залезть именно в его не самое гостеприимное жилище. Все-таки располагался особняк на отшибе от другого жилья, выглядел снаружи довольно мрачно и заброшенно, да и царящая в окружающем парке запущенность и тишина не внушали уверенности… Тем не менее, сегодня она явилась туда еще раз, да еще раненая, лишив его покоя и пробудив инстинкт охотника. С одной стороны, ее следовало наказать за ее опрометчивый проступок и непомерное любопытство. С другой стороны, ее просто хотелось отведать и насладиться. Девочка оказалась его любимым блюдом, изысканным лакомством, достойным мишленовского ресторана. Он и сам не знал, как выбирал таких… Некоторые жертвы казались ему отвратительными, хотя он мог сожрать кого угодно, если бывал слишком голодным. Некоторыми было просто приятно поживиться и позабавиться с ними, как кот с мышкой. Но вот такие, как она, дурманили, кружили голову, распаляли до предела. От них наэлектризовывалось все тело и по венам начинала течь не кровь, а кипяток.
Ник ощутил, как изменился вкус его слюны, в которую поступил анестетик. Острые кончики верхних клыков уперлись в нижнюю губу, нижние клыки разжали стиснутую челюсть, заставляя скрипнуть зубы и слегка изменить прикус. Во всем теле почувствовался прилив сил и полная готовность к преследованию и нападению. В брюках стало совсем тесно от мощной эрекции. Он приоткрыл рот и вдохнул аромат девушки полной грудью.
