— Часовой может находиться на чердаке амбара, — предложил Отто. — Там можно устроить отличный пост. Окна забиты, но я оторву пару досок, чтобы сделать отверстия для наблюдения.
— Прекрасно, — сказал я. — Сейчас мы распакуем наши переговорные устройства, так что ты сможешь предупредить нас, если вдруг кто-то появится на дороге.
Сеймур занялся багажом и сборкой наших переносных радиотелефонов, а я повернулся к Туки.
— А ты приготовишь обед. Стряпать мы тоже будем по очереди.
— Понятно, босс, — ответил мне Туки и отправился в кухню, где сразу же загремел дверцами шкафов и кастрюлями.
Я помогал Сеймуру перетаскивать в дом продукты и остальное снаряжение из машины и думал об операции, об опасностях, которые ей неизбежно будут сопутствовать. Не могу сказать, что будущее представлялось мне безоблачным.
По дому разнесся запах еды и треск кухонной плиты: Туки жарил лук на свежем масле. Я смотрел на него. Он двигался по кухне так, будто провел в ней всю свою жизнь. Я вдруг вспомнил о том, как расправился с Делилем. Если мои подозрения верны и Туки на самом деле был связан с Делилем, теперь, когда инспектор выбыл из игры навсегда, я мог вздохнуть свободнее. Но и Туки тоже. Может быть, инспектор его шантажировал и принудил к слежке за мной. Но если далее Туки вообще был ни при чем в этой связке, я по крайней мере был уверен, что красным потребуется какое-то время, чтобы восстановить утраченную связь с агентом в моей группе. А это время подарит мне передышку, в которой я так нуждаюсь.
Успокоившись, я вернулся к насущным проблемам и уселся за список необходимого нам снаряжения. Первое — комбинезоны. Мы все должны быть одинаково одеты. Второе — кроссовки, обувь, незаменимая для подобных операций. Надо узнать размеры каждого из участников дела. Еще нужны нейлоновые веревки — для лестниц, которые придется сплести самим.
Дождь накрапывал еще два дня. Все это время Сеймур пробыл в Марселе, где закупил все необходимое по моему списку и напоследок забрал двух наших итальянцев.
Туки не отходил от пылающего очага, который топил днем и ночью. Закутанный в толстое шерстяное кашне, он по очереди подставлял огню то один, то другой бок, борясь с сыростью и холодом от непрекращающегося дождя. На чердаке амбара я и Отто сменяли друг друга на посту часового.
Эти два унылых дня я снова раздумывал о собственных невзгодах. Я поочередно испытывал сомнения в своей миссии, нерешительность, неуверенность в наших силах и ненависть к Бойлеру, который втянул меня в эту кровавую авантюру. Мне становилось тошно от мысли, что я оказался не в силах противостоять соблазну получить большие деньги. Все во мне кипело, когда я думал об этом мире, политические страсти которого снова сделали из меня безымянный винтик системы и снова заставили убивать.
Но я отбросил сомнения, прекратил привычный внутренний спор с самим собой и утопил в стакане вина мрачные мысли. Стало лучше, и я вновь почувствовал себя по крайней мере способным дальше решать наши сегодняшние проблемы.
Отбросив самобичевание, я трезво взглянул на происходящее. Теперь, когда большевики будут вынуждены принять более решительные меры, мне прежде всего требовалось спокойствие. И все же я нет-нет, да проваливался в болото неразрешимых противоречий, неопределенности и страха, пытаясь проанализировать возможные действия противника.
Около девяти часов вечера через смотровую щель нашего чердачного поста я заметил, что вдалеке появилась машина. Она свернула на дорогу, ведущую к ферме. Я включил радию и сообщил об этом Лоренцу. Через несколько секунд внизу заскрипела дверь большого дома, и я понял, что Отто занял позицию, чтобы держать под прицелом двор и дорогу. Хотя мы и ждали Сеймура с минуты на минуту и я узнал машину, все же не должно быть никаких случайностей.
Скоро со двора до меня донесся могучий бас Сеймура. Я спустился вниз, чтобы встретить его и итальянцев.
Театрально потягиваясь, Маркус первым вышел из машины.
— Великолепно! — одобрительно кивнул он и направился к дому.
Я подождал, когда он скрылся за дверью, и окликнул его:
— Маркус, помоги нам занести снаряжение.
Он и не пошевелился. Старший брат что-то сказал ему по-итальянски и повернулся ко мне.
— Хорошее место, босс, — быстро заговорил он, улыбаясь. — Сеймур сказал мне, что ты не прочь немного поразмяться перед тем, как взяться за дело.
— Ему понравилась эта идея, — подтвердил Сеймур. Он вытаскивал из багажника тяжелые картонные коробки и складывал их одна на другую.
— Да, это разумно, — спокойно сказал Джипо. Он поежился и поднял одну из коробок.
Маркус, уничтожая меня презрительным взглядом, выбрал самую маленькую из коробок и лениво понес ее к дому вслед за братом.
Сеймур ухмыльнулся.
— Он…
— Ладно, — сказал я раньше, чем он успел договорить, и ухватился за следующую коробку. — Пошли.
Маркус уже стоял перед очагом, отогреваясь после дороги, и что-то быстро говорил брату. Джипо осторожно пригубил глоток вина из стакана. Я опустил ношу на пол и огляделся.
