Блисс вспомнилась трагическая история последнего лорда де Уайлда; теперь, глядя на все эти сокровища, восхищаясь ими, подсчитывая в уме их стоимость, девушка понимала, что потеря замка и вправду стала для старика страшным ударом. На мгновение Блисс ощутила угрызения совести. Конечно, ни она, ни отец не виновны в смерти барона: если бы граф отказался от подарка, король отдал бы конфискованные земли кому-нибудь другому. Но как жестоко и несправедливо наказывать человека лишь за то, что он сражался за свои идеалы и исполнял свой долг так, как его понимал!
За окном послышался шум и приглушенные голоса. Накинув поверх рубашки отороченную мехом мантилью и сунув ноги в домашние туфельки на высоких каблуках, Блисс подбежала к окну.
За ночь стекло заиндевело и покрылось морозным узором. Блисс протерла кулачком окошко и увидела внизу, во дворе, черную карету лорда Холма. Лошади нетерпеливо приплясывали в упряжи, кучер и лакеи топали ногами и били в ладоши, стараясь согреться в ожидании хозяина.
Для Блисс увиденного было достаточно, с быстротой молнии она выскочила из спальни и помчалась вниз по винтовой каменной лестнице. В холле она увидела сэра Бейзила – опекун отдавал последние указания слугам.
Услышав цоканье ее каблучков, сэр Бейзил обернулся. Сейчас, с растрепанными кудрями и раскрасневшимися от холода щеками, Блисс была удивительно хороша, и в маленьких, глубоко посаженных глазках опекуна при взгляде на нее мелькнуло даже некое подобие теплого чувства.
– А, это вы, Блисс, – поздоровался он, натягивая перчатки и расправляя их широкие краги. – Я думал, вы еще спите.
– Меня разбудил шум во дворе, – ответила Блисс. – Почему вы никого за мной не прислали?
– Зачем? – нахмурившись, спросил сэр Бейзил.
– Чтобы я успела собраться, – пояснила девушка. – Не могу же я ехать вот так! – И она указала на свою мантилью.
– Вы никуда не едете, – сурово ответил опекун. – Я возвращаюсь в Лондон, а вы остаетесь здесь.
– Как! – Кровь отхлынула от ее лица. – Не может быть!
– Вам не нравится замок? – скучающим тоном спросил опекун. – По-моему, вполне достойное жилище. Конечно, он не похож на модные лондонские дома, но…
– Замок мне нравится, – прервала его Блисс, – но я не понимаю, почему должна сидеть здесь одна, пока вы развлекаетесь в Лондоне!
– Королевский двор – не лучшее место для молоденькой богатой наследницы, – не скрывая нетерпения, ответил сэр Бейзил. – Там полно охотников за приданым, и все они будут готовы на любые уловки, чтобы добиться вашей руки. Один неверный шаг – и ваша репутация будет безнадежно испорчена, а с ней – и надежды на достойную партию. Нет, лучше уж я найду вам мужа сам.
– Если вы собираетесь искать мне мужа, – возразила Блисс, – вам не кажется, что при этом не помешало бы и мое присутствие?
– Это еще зачем? – фыркнул сэр Бейзил. – Не беспокойтесь, я не выберу вам в мужья неподходящего человека.
Блисс проглотила резкий ответ, готовый сорваться с языка.
– А вы не думаете, – начала она, тщательно подбирая слова, – что будущий жених захочет посмотреть на невесту прежде, чем предлагать ей руку и сердце?
Сэр Бейзил расхохотался, надевая шляпу.
– Дорогая моя, оглянитесь вокруг! Этот замок и все сокровища, что в нем хранятся, – лишь ничтожная доля наследства, оставленного вам отцом. С таким-то богатством вы могли бы быть косой, хромой и горбатой – и все равно джентльмены дрались бы за вас!
Смех его гулким эхом отдался в просторном холле. Блисс будто приросла к месту и, сжав побелевшие кулачки, смотрела вслед опекуну. Подумать только, что ее будущее, ее судьба – в руках этой бесчувственной скотины!
Оглянувшись, Блисс заметила, что слуги все еще стоят вокруг нее.
– Расходитесь по своим делам, – смущенно приказала она, вдруг сообразив, что они слышали ее перепалку с опекуном.
Среди слуг Блисс заметила Мерси, свою горничную.
– Мерси! – окликнула она. Девушка вернулась и присела перед хозяйкой в реверансе. – Я хочу принять ванну. Прикажи нагреть воду и принести ко мне в спальню.
И горничная поспешила выполнять приказание.
– Дитя мое, может быть, позавтракаешь? – спросила миссис Лонсдейл, неслышно подойдя к воспитаннице.
Блисс покачала головой.
– Не хочу, – коротко ответила она. – У меня нет аппетита.
За дверью послышался стук копыт по мощеному двору и скрип каретных колес. Сэр Бейзил уехал.
– И вот что я еще скажу, – заговорила Блисс, обращаясь к удивленной домоправительнице. На щеках девушки выступили красные пятна, золотисто-карие глаза пылали гневом. – Я не выйду замуж за какого-нибудь разряженного шута или дряхлого старика только потому, что так захочет мой опекун! Ему нужна «подходящая партия» – а мне нужна любовь! Клянусь богом, я не стану женой человека, которого не люблю, каким бы «подходящим» во всех отношениях он ни был!
И, развернувшись, бросилась бежать вверх по лестнице – только взметнулась мантилья да простучали по ступенькам красные каблучки.
