– Хочешь поиграть во что-нибудь еще? – с надеждой в голосе спросила Джордан у Спенсера.
– Не-а, – протянул тот. Швырнув колоду карт на стол, мальчик с тоской уставился в окно, прислушиваясь к шуму дождя. На лице его была написана скука.
– Ты уверен? Потому что если…
– Не хочу я ни во что играть! – огрызнулся он. В глазах Спенсера блеснул злой огонек. – Мне эти карты надоели до чертиков! Мы в них чуть ли не с самого утра играем!
Вообще говоря, доля истины в этом была.
И все же Джордан за это время не раз и не два успела возблагодарить судьбу за то, что в одном из кухонных шкафчиков обнаружилась забытая кем-то колода карт. Без нее она бы голову сломала, не зная, что делать и чем занять четырехлетнего малыша, когда тот явно мается от безделья и скуки. Тем более что набор миниатюрных автомобильчиков, купленный ему Бо, уже надоел Спенсеру.
В этот момент ветер снаружи, взревев как-то особенно злобно, с силой потряс бунгало, словно намереваясь утащить его в океан.
Испуганно ахнув, Спенсер вздрогнул и едва удержался, чтобы не залезть под стол. Потом с тревогой покосился на окно, День быстро угасал, и хотя до захода солнца было еще далеко, за окном уже сгущалась темнота.
– Все в порядке, это просто шторм, – поспешно сказала Джордан, стараясь, чтобы голос не выдал того страха, от которого у нее дрожало все внутри.
– Я знаю. – В голосе Спенсера явственно чувствовалось раздражение.
– Может, сделать тебе еще один сандвич? – спросила Джордан. Поломав голову над тем, чем бы его покормить, она сделала два сандвича с арахисовым маслом и желе. Потом, вдруг вспомнив уроки Бо, поколдовала над ними и даже сама засмеялась от удовольствия – один из сандвичей превратился в какое-то причудливое чудовище наподобие морского конька, а другой – в акулу с острым спинным плавником.
– Не-а.
– Ты уверен? Хочешь, в этот раз я попробую сделать тебе сандвич в виде осьминога. Или…
– Нет, – огрызнулся Спенсер, явно давая ей понять, что не желает продолжать этот разговор.
Чтобы хоть чем-то занять себя, Джордан принялась собирать карты со стола, стараясь класть их так, чтобы карты ложились точнехонько одна на другую.
Карты! Сколько же времени она не играла? Наверное, с тех самых пор, как была еще совсем крохой.
И вот сейчас они со Спенсером переиграли, кажется, во все игры, в которые они когда-то в детстве играли с Фиби.
Джордан удалось припомнить даже несколько таких игр, о которых она и думать забыла. Названия их она не помнила, правила тоже почти стерлись в ее памяти, так что кое-что ей даже пришлось придумывать заново.
Играя со Спенсером, она изо всех сил старалась не вспоминать о том, что когда-то они вот так же играли с его матерью. Ей с трудом удавалось сдерживать то и дело наворачивавшиеся на глаза слезы. Не будь рядом малыша, она бы с радостью дала волю слезам. Но сейчас приходилось в первую очередь думать о Спенсере.
Но не вспоминать о Фиби было слишком трудно – в особенности теперь, когда напротив Джордан с картами в руках сидел этот малыш, который не только был как две капли воды похож на свою погибшую мать, но и в карты играл в точности как когда-то Фиби. Так же, как и его мать, мальчишка до конца игры сохранял на лице уморительно-серьезную мину. Ни на минуту не отрывая взгляда от карт, он хмурил брови, а прежде чем сделать очередной ход, принимался покусывать нижнюю губу – так же, как это когда-то делала она.
– Хочешь, покажу тебе, как из карт можно построить карточный домик? – не зная, чем бы еще занять его, предложила Джордан.
– Не-а.
– Да ладно тебе, давай! Держу пари, мы с тобой такой дворец выстроим – закачаешься!
Спенсер отрицательно покачал головой.
Дождь уныло и монотонно барабанил по крыше. «Внизу, наверное, грохот куда тише», – подумала Джордан. Может, предложить Спенсеру спуститься на первый этаж? Они могли бы устроиться в большой спальне.
Покосившись на Спенсера, она решила сделать еще одну попытку хоть как-то отвлечь его.
– Ты знаешь, что Бо архитектор? Ах да, он ведь тебе говорил. Так вот, он придумывает конструкции домов, в которых потом живут люди. Готова поспорить на что угодно – если мы с тобой построим карточный домик и он простоит до его приезда, Бо просто в обморок от удивления упадет.
– Карточные домики – это просто чушь собачья Они вечно разваливаются, – ворчливо отрезал Спенсер.
– А ты откуда знаешь?
– Мы с мамой их часто строили.
– Но мне кажется, ты говорил, что твоя мама никогда не учила тебя играть в карты, – удивилась Джордан.
– В такие игры – нет. Мы с ней обычно играли в «Плыви, рыбка» или «Я шпион». А когда надоедало играть, строили карточные домики.
– Ах вот оно что! – вздохнула Джордан. Ветер за окном, взревев, точно раненый зверь, ударил в стену и принялся рвать входную дверь. Лампочка мигнула. – Ну так почему бы нам с тобой сейчас не построить…
– Нет! – крикнул Спенсер. Выскочив из-за стола, он вызывающе уставился на Джордан. – Я хочу к маме! Сколько мне еще сидеть тут, с тобой, когда ты даже позвонить ей не позволяешь?!
– Спенсер…
