– З-здравствуйте, – запинаясь произнесла Зоя. От волнения ее словно парализовало, поэтому за тем, как Агата подходит к бару, берет стаканы и разливает по ним мартини, она наблюдала молча.
– Давайте перед делом выпьем за встречу, – предложила Агата, и Зоя с готовностью ухватилась за холодный стакан, по стенкам которого еще стекали редкие капли воды. После первого же глотка стало не так тревожно.
– Юное создание. Моя дорогая Зоя… – Акцент в речи Агаты немного усилился. Она облокотилась на стойку локтем, склонила голову на бок. В глазах ее жила вся ночная тьма, но та не пугала. Зоя считалась совой, ей всегда нравилась ночь. – Случалось ли, что тебе казалось – ты рождена не в тот век? Что родись ты на три столетия раньше, жизнь твоя была бы ярче, насыщенней, блистательней?
– Ну, быть женщиной в восемнадцатом веке как-то не очень. – Не ожидавшая от себя такой резкости Зоя закусила губу.
Агата, вопреки опасениям Зои, не обиделась, а рассмеялась, каким-то образом почти не открывая рта.
– Я понимаю о чем ты, Зоя. Когда-то я была замужем, – она усмехнулась. Получилось немного кровожадно. – Не верится?
– Почему же, – смущенно залепетала Зоя. Одним махом она осушила стакан – для храбрости. – Вы ведь очень умная, и красивая и… и… извините, я такая косноязычная!
– Налить вам еще мартини?
– Да-да, с-спасибо.
От алкоголя стало теплее и смелее. Для Зои это был уже второй стакан, Агата же к своему так и не притронулась. «Если так дальше пойдет, – прошмыгнула в сознании мысль, – я напьюсь». Нужно было поесть перед выходом, но Зоя так волновалась, что кусок в горло не лез.
– Почему вы не пошли обучаться мастерству художника, Зоя? Вы редко выкладываете свои работы в Сеть, но я заметила в вас искру. Вам не хватает твердости в линиях, но вы чувствуете свет, динамику и пространство. Вы – не ограненный самоцвет, Зоя, чья красота едва проглядывает за лишней породой. Но в руках умелого ювелира самоцвет раскроется, засверкает.
Услышь Зоя что-то подобное от Влада или любого другого парня, она бы скривилась и едко осведомилась, на каком пикаперском форуме тот нашел такую банальную речь. Но Агата… она говорила так убежденно, так искренне и смотрела на Зою темными, почти черными своими глазами…
Ноги подгибались от ее голоса, в голове стало тихо-тихо, и ушли все тревоги. Зоя даже не заметила, как Агата подошла и взяла ее ладонь в свою. Изящная белые рука оказалась мертвенно-холодной.
– Подумай, юное создание, какой путь ты отвергаешь всего лишь из страха. У тебя еще достаточно времени, а пока же…
Холод прикосновения исчез. Зоя моргнула несколько раз, пытаясь ухватить ускользающее сознание. Надо же, как ее развело, а ведь считала, что меру свою знает…
– Я слышу тебя, охотник! – Теплота исчезла из голоса Агаты, теперь в нем звучала сталь. – Ты ждал, когда я насытюсь этим юным созданием, чтобы напасть. Твоя уловка не сработала. Выходи же, охотник!
Несколько лампочек с хлопком взорвалось. Зоя взвизгнула и рефлекторно спряталась за барную стойку, прикрыв голову руками и зажмурившись. Под потолком взорвалось еще несколько лампочек, осыпая голую кожу колючим стеклянным крошевом.
Когда Зоя опасливо открыла глаза, «Кордова» погрузился в красноватый полумрак. Несколько крупных осколков оцарапало руки. Порезы слегка кровоточили. На глаза навернулись слезы не то страха, не то боли.
Настороженно выглянув из-за угла стойки, Зоя обомлела.
– Влад! – закричала она, но тот даже не глянул в ее сторону, скрестив клинки с Агатой.
«Агата!», – была вторая мысль, до конца не сформировавшаяся. Ошеломленная, утратившая всякое понимание происходящего, Зоя только и могла наблюдать, как яростно сражались эти двое, громя бар.
Кем-то запущенный стул влетел в ряды бутылок за спиной Зои, и она закричала, нырнув обратно в укрытие. К ногам потекли потоки вермутов, джина, водки и сиропов, смешиваясь в однородное липкое грязно-коричневое месиво. Всей собой Зоя вжималась в стойку, слепо таращась перед собой.
Полиция! Она должна вызвать полицию! Телефон в сумочке, нужно только поднять руку и дотянуться…
Где-то в зале с треском сломалось что-то. Зажмурившись, Зоя подняла руку и зашарила по стойке, сдерживаясь, чтобы не зарыдать в голос. Щепки, куски стекла впивались в ладонь. Наконец, кончики пальцев задели кожаный ремешок сумки, и Зоя тут же потянула ее к себе. Сердце билось где-то в ушах, его шум перекрывал все остальные звуки.
«Где же… Где же… Где же?!»
Зеркальце, пудреница, флешка, блокнот, ручка… Куда она умудрилась запихать телефон, что не может найти?! Пальцы сомкнулись на чем-то металлическом. Зоя вытянула из сумочки газовый баллончик. Красная этикетка, предупреждающая надпись, карабин на донышке…
