Сезон закончился, и дом был заперт. Пол Эйр знал, что там хранились консервы и одеяла. Он мог спрятаться там, пока не выяснит, что с ним происходит.
Коттедж находился примерно в двадцати ярдах от реки и был отделен от соседних домов густым лесом. Пол Эйр притаился в густых кустах за большим деревом, пока не взошла луна.
Примерно через два часа после того, как он спрятался, фары машины осветили узкую грунтовую дорогу, ведущую к коттеджу. Дрожа, Пол Эйр залег на холодную землю в небольшой ложбинке за кустом. Когда огни миновали его, он поднял голову. На залитой лунным светом площадке перед домом стояли две машины. Люди в форме окружной полиции расхаживали по дому с фонариками. Вскоре двое вошли в дом, и свет их фонариков пронзил темноту внутри. Через десять минут они вышли. Один из них сказал:
— Нет никаких признаков того, что он был здесь.
— Да, но он может прийти сюда позже.
Один с минуту говорил по радио, потом позвал остальных.
— Шериф велел часок понаблюдать за развилкой.
Машины уехали. Пол Эйр остался на месте. Через полчаса патрульная машина с выключенными фарами въехала на открытую площадку перед домом. Двое мужчин тихо вылезли из машины, проверили замки и посветили фонариками в окна. Через несколько минут они сели в машину и уехали.
Пол Эйр подождал до трех часов утра, прежде чем войти в дом. Запасной ключ был спрятан в пне рядом с поленницей. Кто бы ни рассказал полиции об этом коттедже — Пол подозревал, что Мэвис, — он забыл о ключе. Лунный свет, проникавший в окна, и то что Пол Эйр уже бывал в этом доме, позволило ему найти бутылку дистиллированной воды, коробку сухого молока и банки с фруктами и мясом. Вода и газ были отключены, так что он не мог ничего приготовить, и ему пришлось выйти на улицу, чтобы облегчиться.
В три тридцать он забрался на незастеленный матрас под груду одеял. Он сразу же заснул, но ему снились летающие тарелки, желтые кирпичи и зеленый город на красном поле. Он чувствовал сильную тоску по городу, непреодолимую тоску по дому. Он проснулся со слезами на глазах.
ЧЕРЕЗ ПОЛЧАСА ПОСЛЕ рассвета, прихватив два одеяла, банку, которую он наполнил водой, две открытые жестянки с едой и мешок с мусором, Пол Эйр вернулся в свое укрытие. Он заснул. Через два часа его разбудил шум из дома. Перед домом была припаркована машина с двумя полицейскими округа. Он был рад, что убрал ключ в пень, потому что в пень заглядывал офицер. Кто-то вспомнил, что там спрятан ключ. Неужели это Мэвис предала его? Или кто-то из детей? Гарднер, должно быть, отдал ключ полиции, но кто-то из семьи Эйров рассказал полиции о коттедже. Иначе они не узнали бы о Гарднере.
Из дома вышел офицер и окликнул другого.
— Все так, как мы оставили.
К счастью, они не сосчитали одеяла.
Мгновение спустя звук мотора возвестил о появлении другой машины. Пол Эйр на слух определил, что это «порше», и поэтому он не слишком удивился, когда подъехал Лео Тинкроудор. Что он здесь делает?
Тинкроудор вышел и поговорил с офицерами, но они говорили слишком тихо, чтобы Эйр мог расслышать, о чем идет речь. Несколько раз Тинкроудор смотрел на лес, а один раз уставился прямо на Пола Эйра, но, конечно, не мог его видеть. Эйр надеялся, что он не собирается предлагать полиции прочесать лес.
Полицейский сел в машину, и Тинкроудор направился к своей. Проходя мимо пня, он уронил что-то в его открытый конец.
Пол Эйр подождал полчаса и подошел к пню. Ключ все еще болтался на толстом шнуре от гвоздя, вбитом во внутреннюю стену. Под ним лежал старый и потрепанный бумажник. Он открыл его и обнаружил в нем сложенное письмо.
