БОЯРЕ И СЛУГИ.
— Сияющий бокал!
— Что написано на нем?
— Буквы сияют, как пожары!
КОРОЛЕВНЫ.
— Взял бокал, а знаешь ли его повеление?
— Прочитал ли его начертание?
— Или только теперь разберешь, по складам, его сияющую надпись?
ЮНЫЙ ПОЭТ. Вы опять устремились в пляшущий крут, после слов заклятого царя:
Вы плясали, а я стоял. Мне казалось, что царь еще не кончил и хочет говорить. Я стоял перед ним под серой шапкой-невидимкой и глядел прямо в его неизъяснимо-глубокие очи, и он сказал мне:
КОРОЛЕВНЫ
— Что же нам делать?
— Сознаемся?
— Да, сознаемся.
— Теперь уже нельзя не сознаться.
— Поэт сказал правду.
— Ты прочитал начертание золотого кубка.
— Но, поэт, понял ли ты его? — спрашивает самая добрая.
— Поймешь ли его когда-нибудь? — спрашивает самая мудрая.
— Но сохрани его, поэт!
— Передай новым поколениям этот золотой цветок и этот кубок с начертанием вечной заповеди.
КОРОЛЬ. Повелеваю вам, верные слуги, засыпать потайной ход в подземное царство заклятого царя.
СЛУГИ. Исполним, ваше величество.
КОРОЛЬ. А ты, поэт, выбирай из моих дочерей себе в жены, какая полюбится. Вот они проходят перед тобою.
— Вот эта — самая красивая.
— А эта — самая румяная.
— А эта — самая белая.
— А эта — самая добрая.
— А эта — самая нежная.
— А эта — самая ласковая.
— А эта — самая милая.
— Аэта — самая послушная.
— А эта — самая веселая.
— А эта — самая грамотная.
— А эта — самая мудрая.
— А эта — самая хитрая.
КОРОЛЬ
ЮНЫЙ ПОЭТ. Я выбираю себе в жены ту, которая по нраву поэтам наших дней.
КОРОЛЬ. У меня не вино курить, не пиво варить, не приданое шить, — все готово. Сейчас же честным пирком да и за свадебку.