— Но своим, «с позволения сказать, наказанием» вы усугубили ситуацию, — заметил Мелешко. — Майская стала подозревать детей, учителей. Стала еще злее. В чем же тогда смысл вашей акции?
— В том, что когда-нибудь она поймет — нельзя безнаказанно творить зло, — провозгласила Екатерина Максимовна. — Когда-нибудь судьба тебе отвесит плюху.
— Но какое зло творил Феликс Калязин? — не выдержала Алена.
— А вы посмотрите, что делается у вас на канале с рекламой, — возмущенно проговорила Елизавета Петровна. — Это же уму непостижимо: прокладки, презервативы. Как можно это допускать в эфир?
— Но… — опешила Алена. — Вы же умные женщины. Без рекламы ни один канал не может существовать.
— Но отбор-то какой-то должен быть! — упрямо настаивала Елизавета Петровна. — Кому как не руководителю канала этим заниматься? Мы написали Калязину несколько писем. И что получили в ответ? Вот эти ваши слова: канал без рекламы погибнет. Но ведь реклама рекламе рознь. Зачем насаждать пошлость?
— Да… — протянула Алена. — Боюсь, Феликс так и не понял, за что судьба в вашем лице отвесила ему плюху. Хорошо, а отец и сын Кокоревы? Догадываюсь, что вам не нравилось чиновное руководство Владлена Степановича. Но сын-то вам чем не угодил? Он отказался чинить ваш «запорожец»?
— Мы в этом не нуждаемся, — сказала Екатерина Максимовна. — Машину мне внук чинит. А этот толстомордый балбес не умеет вести себя на дорогах. Он считает, что если он ездит на «джипе», то не для него правила писаны.
— Слесарь-водопроводчик плохо починил вам кран, — произнесла Алена с обреченностью в голосе, проникаясь мотивами «снайперш». — Он был наказан, но не заметил этого. Шоумейкер Дерибасов тоже, как и Феликс, насаждает пошлость среди подрастающего поколения. Однако покушение на него — дополнительная ему реклама. С врачом тоже все ясно. Вчера вы спасли жизнь человеку, которого, если я не ошибаюсь, тоже хотели наказать, но отвлеклись. И как долго вы собирались таким образом воевать с плохими людьми?
— Пока руки не перестанут удерживать маркер, — Екатерина Максимовна вскинула подбородок. — Зла на наш век хватило бы.
— А зачем вы так далеко отправились, чтобы наказать слесаря? — спросила Саша, вспомнив о «парголовской» версии отца. — Столько времени потратили… Не проще ли было выстрелить в него… по месту жительства?
— Не проще, — усмехнулась Елизавета Петровна. — С такими типами невозможно что-либо планировать заранее. Это у нормальных деловых людей дни проходят примерно по одному сценарию. А у Косолапова — что ни день, то новый фортель. Посмотрели мы на него и решили, что в ближайший четверг выстрелим в него. А в каком месте — это судя по обстоятельствам. Обстоятельства сложились так, что он с компанией за город отправился. Не в общественном же транспорте или электричке нам было маркеры доставать! А когда выдался более или менее удачный момент, так слесарь уже никакой был. И, действительно, ничего не понял. Но не отменять же нам было планы!
— Понятно, — кивнула Александра. — У меня есть еще один вопрос к вам. Члены нашей команды знали о том, что «ночные снайперы» — вы?
Старушки настороженно переглянулись.
— Почему вы так решили? — не сразу отозвалась Екатерина Максимовна.
— Мне так показалось, — сказала Саша. — Помните наш разговор после сюжета о снайпере на следующий день?
Екатерина Максимовна и Елизавета Петровна снова переглянулись.
— Вы наблюдательная девушка, — после недолгой паузы тихо произнесла Елизавета Петровна. — Хотя наблюдательность и должна быть присуща людям вашей профессии. Да, все знали, что это мы. Не сразу, конечно, узнали, а как раз перед вашим приходом на тренировку. Это получилось случайно.
— Не случайно, а из-за твоего ротозейства, — перебила подругу Екатерина Максимовна. — Не заметить дремлющего человека на скамейке! С твоим-то опытом выявления объектов в игре!
Елизавета Петровна опустила голову, словно была полностью согласна с приговором подруги. А Екатерина Максимовна стала рассказывать присутствующим, как «викинги» узнали об их тайне.
