– Вы провернули очень подлую махинацию. Не думайте, что я это забуду. И когда это закончится, возможно, придется доложить о вас коллегии адвокатов. Будьте уверены, я переговорю в федеральной прокуратуре со всеми, и посмотрим, будут ли вам после этого от нас какие-либо хорошие предложения.
Улыбнувшись, Астер спокойно произнес:
– Примите успокоительное, мистер Джекс. Вам вредно сильно волноваться. – Он повернулся к Ярдли. – Я тебя провожу.
Когда они отошли от Джекса и приблизились к лифтам, Джессика спросила:
– Знаешь, что теперь этим делом займется прокуратура округа, так?
– Я на это и рассчитывал, – Астер пожал плечами. – Но прокуратура округа – не федералы. Тут я что-нибудь придумаю.
– На что ты рассчитываешь?
– Все зависит от того, насколько прочное это дело, но, если оно и впрямь такое прочное, каким его представляет «Сан», я посоветую Закари признать себя виновным в непредумышленном убийстве.
– И не надейся, что прокуратура согласится на непредумышленное.
– Как знать…
При мысли о том, что Закари пойдет под суд по более легкой статье, Ярдли напряглась. В этом случае он сможет получить всего пять лет. Что будет с Энджи, когда он выйдет за свободу? Попытается ли он довести до конца начатое?
Когда они вышли на улицу, Астер надел темные очки и спросил:
– Пообедаем?
– Сегодня не могу. Давай как-нибудь потом?
– Ага. И мое предложение в силе. Если захочешь переметнуться на другую сторону, мы с Лили с радостью тебя примем.
– Подумаю.
Он пересек улицу, Ярдли проводила его взглядом. При мысли о том, как обернулось дело, она ощутила раздражение. Предупреждала ведь Лью и Джекса, что все произойдет именно так, но они не пожелали слушать. Если б Закари защищал слабый адвокат, большое жюри предъявило бы ему обвинение, однако Астер переиграл своих оппонентов. Вероятно, переиграет и прокуратуру округа. Победа в таком громком деле, пользующемся вниманием средств массовой информации, изменит жизнь Астера. Ему больше не придется бегать за клиентами. Поэтому он приложит все свои силы, вплоть до последней кровинки, а у назначенного случайным образом прокурора такой мотивации не будет. Иногда исход дела определяется лишь тем, какая сторона больше стремится победить.
Ярдли сидела дома на диване и смотрела телевизор, когда позвонил Болдуин.
– Это правда? – спросил он.
– Правда.
– И что они собираются делать?
– Дело будет вести или прокуратура штата, или окружная прокуратура. Слишком громкое. Для пресс-секретаря федеральной прокуратуры это уже сущий кошмар, и, если местной прокуратуре удастся добиться обвинения там, где не удалось федералам, это станет большим ударом.
Болдуин шумно выдохнул.
– Как такое произошло, черт побери?
– Прокуратура действовала неряшливо, а защитник Закари свое дело знает.
У Ярдли запищал телефон, сообщая о параллельном вызове. Номер она не узнала.
– Подожди минуточку. – Ярдли переключила линии. – Джессика слушает.
– Это Бри Джонсон.
Ярдли не сразу сообразила, кто это, но затем вспомнила, что это одна из прокуроров округа Кларк, вместе с которой она уже вела пару дел.
– Ваш номер мне дал Рой Лью. Он сказал, что вы не будете возражать.
– Всё в порядке. Что там у вас?
– Разумеется, вы в курсе того, что произошло в деле Палача Багряного озера.
– Да, в курсе.
– Натан в ужасе. Я так понимаю, генеральный прокурор позвонил Рою и наорал на него, тот в свою очередь наорал на прокурора штата, а он наорал на Натана… В общем, не знаю. Весь день все орали и тыкали друг в друга пальцем. Полагаю, провал обвинения показали во всех выпусках новостей.
– Могу предположить.
– Так вот, насколько я понимаю, на федеральном уровне дело собираются закрыть и спустить всё нам, и ваша почтенная слуга вытянула короткую соломинку. В общем, как насчет того, если мы с Натаном сейчас заедем к вам? Много времени не отнимем.
– С какой целью?
– Лучше поговорить при встрече.
Джонсон могла бы пригласить Ярдли к себе в кабинет, но вместо этого она предложила приехать к ней домой. Уютное место. Где Ярдли с большей вероятностью согласится оказать услугу.
Джессика назвала адрес, и Джонсон ответила, что они скоро приедут.
Закончив разговор, Ярдли выключила телевизор и улеглась на диване, уставившись в потолок. Температура, когда она смотрела в последний раз, поднялась до ста семи градусов по Фаренгейту[37]. По затылку струился пот.
Переодевшись в спортивные брюки и футболку, Ярдли приготовила себе фруктовый коктейль. Она медленно потягивала его на кухне, когда раздался стук в дверь. На пороге стояли Бри Джонсон и Натан Соллс, прокурор округа Кларк. Ярдли пригласила их в дом. Они сели на диван, а она устроилась в кресле напротив.
Соллс получил место окружного прокурора всего пару лет назад, после того как предыдущий прокурор, шедший на переизбрание, был уличен в финансовых злоупотреблениях. Независимый в своих взглядах, привыкший говорить прямо, выпускающий во двор своего дома коров, Соллс всегда казался Ярдли фермером, лишь по какой-то случайности надевающим костюм и появляющимся на телевидении в передачах, посвященных закону.
– Какой у вас хороший дом! – заметила Джонсон.
