Было уже поздно, когда Кэт вернулась домой. Открыв входную дверь дома, погруженного в темноту, она несколько мгновений постояла на пороге, прислушиваясь, потом, на цыпочках сняв башмаки, прошла в спальню сестры, спавшей крепким, здоровым сном молодого существа, далекого в эти минуты от буйной жизни того маленького мира, среди которого она находилась. Постояв несколько минут над спящей сестрой, Кэт осторожно вышла из комнаты и, приняв какое-то решение, быстро пошла через задний ход наружу. Оставаясь в тени дома, она увидела две фигуры снаружи небольшого сарая и тотчас же узнала своих двух работников, собиравшихся ехать верхом. Она предоставила им спокойно уехать и тогда сама пошла в сарай и вывела оттуда свою лошадь, которая, услыхав ее приближение, приветствовала ее тихим ржанием. Оседлать ее было делом нескольких минут, и Кэт выехала на дорогу, освещенную луной, вслед за своими двумя работниками, которые уехали отсюда раньше.
В старом молитвенном доме уже давно кончилась служба, и странствующий пастор, выполнив свой религиозный долг, давно уехал. Прихожане тоже разошлись с чувством нравственного удовлетворения, так как и они считали свой долг выполненным и могли уже со спокойной совестью заниматься своими обычными делами. Некоторые из жителей сидели на маленьких верандах своих домов, курили и разговаривали вполголоса. Другие же улеглись в свои постели, с кажущимся равнодушием ко всему, довольные, что по крайней мере в этот момент их дома представляли для них безопасную гавань. Однако в Скалистых Ручьях все знали, что готовится что-то и чья-нибудь жизнь будет поставлена на карту в эту ночь. Было действительно удивительно, как быстро распространялись в селении известия, никем, впрочем, не высказанные громко. Все чуяли приближение битвы, борьбы против закона. Долина должна будет пережить исторический момент в эту ночь — это сознавалось всеми, потому тот мир и спокойствие, которые царили теперь в долине, были особенно знаменательны.
В течение целого дня ни Файлс и никто из его полицейских не показывались в Скалистых Ручьях. Никто из них не присутствовал на богослужении, и они как будто совсем исчезли из окрестностей долины.
С наступлением ночи большое количество всадников выехало на дорогу из долины Скачущего Ручья. Всадники ехали по двое, очевидно, следуя полученным инструкциям и направляясь к своим постам. Пост инспектора Файлса находился в таком месте, откуда можно было наблюдать за дорогой в форт Аллертон. Она пролегала через большие волнистые поверхности прерии, и ничто не могло пройти незамеченным по этой дороге, разве только если наступит гроза и тогда все скроется из вида. Файлс, ехавший на своем Питере, наблюдал за тучами, разгуливавшими по небу, как вдруг услыхал выстрел, раздавшийся вдали, по направлению к востоку. Вслед за тем послышался другой выстрел и наконец третий. Это был условный сигнал.
Так и есть! Они, значит, направлялись по южной дороге, в участке Мак-Бэна.
Файлс пришпорил лошадь, и Питер помчался. Три выстрела? Файлс надеялся, что он успеет доехать прежде, чем раздастся четвертый выстрел.
Четыре всадника направлялись к роще, откуда были произведены выстрелы. Каждый из них слышал их и, выполняя условленный тактический маневр, ждал с волнением четвертого выстрела, который должен был известить об открытии контрабанды.
Файлс первый прискакал к роще, но в тот же самый момент огромная лошадь Мак-Бэна сделала прыжок в сторону, Файлс искал глазами на окраинах рощи патруль, давший сигнал.
— Он должен быть на юго-восточной стороне! — крикнул ему Мак-Бэн, повернув лошадь в ту сторону. Файлс поскакал за ним. Они не успели проехать и двести ярдов, как он увидел, что Мак-Бэн соскочил с седла и опустился на колени перед какой-то фигурой, распростертой на земле. Файлс тотчас же последовал его примеру.
На земле лежал человек со связанными руками и ногами и в рот ему был засунут тяжелый кляп. В ту же минуту подъехали еще два полицейских, и слышен был лошадиный топот. Это скакали по дороге другие полицейские, спешившие к тому месту, откуда раздались выстрелы.
Файлсу довольно было одного взгляда на лежащего на земле человека, чтобы понять все: он снова потерпел поражение!
— Это вы подали сигнал тревоги? — спросил он полицейского, когда его развязали и Мак-Бэн вынул у него кляп изо рта.
— Нет, сэр, — отвечал полицейский. — Меня потащили…
— Живее, Мак-Бэн! — крикнул Файлс. — Они нас провели! Следуйте за мной. Они на дороге в форт Аллертон, я в этом уверен.
Питер скакал впереди. Достигнув этой дороги, Файлс и Мак-Бэн соскочили с лошадей и принялись осматривать песчаную почву. Двое полицейских присоединились к ним.
— Мы побиты, Мак-Бэн, — сказал Файлс. — Они сыграли с нами шутку. Минут пять тому назад тут проехала повозка. Посмотрите на следы.
