– А есть варианты?
– Да вариантов куча на самом деле.
– И каких же?
– Может, ты ждала, пока я подойду к тебе.
– Надо же какой самоуверенный, – пробормотала девушка. – Ну и что дальше?
– Я – Костя.
– А я – нет.
Она улыбнулась, явно довольная собой, но Ромал не растерялся и шагнул к блондинке. Он увидел, как в ее голубых глазах блеснули искры.
– Лиз, а ты чего такая грустная?
– Лиз? – удивленно отозвалась девушка. – И откуда ты мое имя знаешь?
– Видел тебя в универе.
– Вот оно что! – Елизавета осмотрелась, словно искала кого-то в толпе, а потом взглянула на незнакомца и поджала губы. – Ты чего хотел?
– Свободна в эту субботу?
Лиза засмеялась и округлила глаза, удивившись смелости парня. Редко таких встретишь, но интереснее они все равно не становились. Она покачала головой, и золотые локоны рассыпались по ее плечам.
– Ты ведь несерьезно.
– Серьезно.
– Сомневаюсь, что я буду свободна ближайшие пару лет. – Девушка оттолкнулась от стены и недовольно огляделась. – Куда подевалась… моя куртка…
Костя уже начал снимать с себя джинсовку, но Лиза остановила:
– Ты что делаешь? – Блондинка осушила стаканчик и вручила его Ромалу. – Выброси. Справишься?
– Я не…
– Аривидерчи!
Она помахала ему, спеша отделаться, и ушла, даже не обернувшись. Сбитый с толку и весьма униженный, Костя стоял с пустым пластиковым стаканчиком и чувствовал себя… ну не то чтобы полным кретином, но близко к этому. Наверное, впервые его растоптали и уничтожили, не приложив и капли сил. Лиза поставила его на место резко, словно он не имел права находиться рядом с ней, общаться, дышать одним воздухом. Неприятное покалывание где-то в легких отдавалось диким дискомфортом по всему телу, и Ромал уже не понимал: то ли в помещении стало слишком душно, то ли кровь вскипела в венах.
– Как успехи? – спросил неожиданно появившийся Артур. – Странно выглядишь.
– Как обычно выгляжу.
– Слушай, я нашел холодильник, забитый отменным алкоголем. Понятия не имею, откуда у студентов такие залежи, но там…
Костя выбросил пластиковый стаканчик и забрал у Селиверстова обычную чайную кружку, наполненную до краев каким-то голубым напитком. Пахла эта жидкость странно, но какая разница? Ромал выпил содержимое чашки и порывисто откинул голову, ощутив безжалостный пожар внутри. Глаза налились слезами, а глотку сдавила судорога.
Парень сморщился и прокряхтел:
– Что за…
– Нравится?
Косте хотелось выругаться во весь голос, а затем он почувствовал, как тепло разлилось по телу, мышцы расслабились, а в висках перестало стучать, и выдохнул:
– Сойдет.
– Еще? – Зеленые глаза Арта сверкнули азартом, словно у наркодилера. И Ромал ответил:
– Еще.
Слова песен сливались в неясный шум. Артур стоял в центре комнаты и не понимал, что происходит. Его толкали танцующие люди, они кричали, хохотали. Потные и измотанные, они закатывали от наслаждения глаза. Силуэты сталкивались и переплетались из-за дыма, который, словно снежная завеса, окутывал незнакомцев, и ничего не существовало, кроме тел, ритма и удовольствия. Арт соскучился по этому чувству, Арт мечтал о нем. Он знал, что наслаждение – миг перед провинностью, наркотик, толкающий на прегрешения.
И как же он мечтал согрешить.
Артур огляделся и увидел Костю. Ромал стоял с откинутой назад головой и смотрел куда-то в потолок. Что он там видел? Что хотел увидеть? Селиверстов подошел к соседу и поинтересовался:
– Куда пялишься?
Костя неохотно посмотрел на блондина.
– Ты это мне?
– Это я тебе.
– Хочешь в челюсть?
– Хочу выпить. Ты со мной?
– Да!
Парни побрели по переполненному людьми коридору, то и дело ударяясь о стены. Казалось, прошла целая вечность, минули сотни световых лет, пока они преодолели расстояние от комнаты до кухни. Арт заметил пару парней, скрывающихся в темном углу. Они достали из прозрачного пакетика белые таблетки и кинули в рот. Артуру часто доводилось видеть, как кто-то принимает наркотики. Но сейчас его внимание привлек
Арт повалил чей-то желтый стакан на пол, когда тянулся за полупустой бутылкой с прозрачной жидкостью, и на лице Кости появилась шкодливая ухмылка.
– Тебя прибьют, – захихикал он, – крышка крашеному блондину.
– Это мой натуральный цвет, – ощетинился Артур, – я от природы злато… волосый… златовласый?
– Золотоволосый?
– Золотисто-кудрявый?
– Яично-желтый.
Селиверстов неожиданно расхохотался и пролил несколько капель мимо стаканчика.
– Мне нравится! Долго думал?
– Не отвлекайся, – бросил Костя и оперся руками на стол. Как же голова-то кружилась… Просто нереально. Ромал чувствовал, как стены летают перед его глазами, и плевать, что стены не могут летать. Он жмурился, распахивал глаза и снова жмурился, а комната парила, то взлетая, то падая вниз. – Что мы пьем?
– Тебя это волнует?
– Я губ не чувствую, они как замороженные.
– Найди себе девчонку, она быстро тебя отогреет.
– Уже нашел.
– Ты про ту длинноногую блондинку? – Артур смешал водку с голубым сиропом и с чувством выполненного долга протянул коктейль Косте. – Красивая. И дорогая.
– Ты о чем? – не понял Ромал.
– На таких много бумажек уходит. Кино не прокатит.
