— Я могу вызвать кого-нибудь для починки. Тебя это не должно беспокоить, — Вероника прислонилась к столешнице, пытаясь сфокусироваться на бодрящем кофе, что согревал ее внутренности.
— Меня это не беспокоит. С правильными инструментам это легко починить. Я проверю все остальные окна. Дом старый, и наверно, нуждается в большой работе.
Рот девушки невольно раскрылся.
— Уверена, так и есть, но даже не смей думать о том, что все тут чинить. Здесь слишком много работы. Я бы даже не мечтала…
— Рони. — Девушка повернулась посмотреть на него, и увидела Ноя с приподнятыми бровями. Господи, это была ее кличка. Мама и некоторые друзья так ее называли много лет. Так, почему слыша его произносящим это, сердце пропускает удар? — Я совсем не против. С тем, что ты разрешила мне здесь остаться, это меньшее, что я могу сделать.
— Но…
— Никаких «но». Вообще мне нравится этим заниматься.
Вероника сдалась после того, как он улыбнулся и пошел к окну дальше работать. Девушка взглянула на планшет на стойке. Была абсолютно не в теме, когда речь шла о последних крутых гаджетах, что это даже не смешно. Ее фотоаппаратное оборудование было сильно устаревшим. Хотя это не останавливало от создания шедевров.
— Это твой айпад?
Ной повернулся посмотреть на секунду, что она имела в виду.
— Близко. Мой айфон. Первое, что я купил, когда получил зарплату тренера.
Вероника подняла телефон, смущенная тем, что понятия не имела, как можно позвонить по нему. Абсолютно старая школа. Коллеги называли ее телефон «тупофон», противопоставляя своим смартфонам[6], а это было два года назад. Даже если бы рискнула перейти на тот, что с клавиатурой, такой телефон уже давно считался простеньким.
— Не понимаю, зачем людям нужен такой дорогостоящий телефон, чтобы звонить или писать смски.
Ной встал и подошел к ней.
— Смеешься? Есть столько всего, что можно делать с этими телефонами. Ты будешь удивлена. Мне он нужен, чтобы использовать приложения, которые позволяют следить за прогрессом в тренировках, беге, считать калории, как ты называешь. Но еще куча всего, к чему я даже не прикасался. Я еще учусь.
Вероника старалась выглядеть удивленной, но Ной с таким же успехом мог говорить на другом языке. Приложения? Чтобы не смущать себя еще больше, говоря глупые вещи, она решила сменить тему.
— Ты голоден? Я ужасно хочу есть.
— Да, я бы чего-нибудь перекусил.
Девушка открыла свою кладовую. Ей очень сильно хотелось съесть блины, но технически она все еще на диете. Если бы была одна, смогла бы легко смошенничать, но живя с тренером, это не представлялось даже возможным. Вместо смеси для приготовления блинов, схватила пачку цельнозерновых бейглов[7] и достала тостер.
Они ели вместе, сидя за кухонным столом. Заканчивая, Ной спросил, не могла бы она подбросить его до спортзала, чтобы забрать мотоцикл.
— У моего друга есть грузовик, так что он поможет мне перевезти некоторые мои вещи сюда. — Вероятно, он не понял резкое изменение в выражении ее лица, поэтому быстро добавил: — Не беспокойся. У меня их не так много.
— Ох, я не об этом подумала. Просто все еще опасно ездить на мотоцикле в такую погоду. Может, я просто подброшу тебя до дома твоего друга?
В следующую секунду девушка поняла, как по-матерински это звучало. Вероника взглянула в сторону, слизывая плавленый сыр с нижней губы. Когда повернулась, Ной смотрел на ее губы. Она тут же остановилась, и их взгляды встретились.
Парень ухмыльнулся.
— Конечно. Это даже ближе, если ты подбросишь меня туда. Мой друг живет прямо на Первой улице.
Вероника прочистила горло и взяла чашку, вставая.
— Когда ты хочешь ехать?
— Как только ты будешь готова. Похоже, что дождь перестал лить только на пару часов.
Девушка поставила чашку в раковину, а затем повернулась и подскочила от того, что ее рука задела его.
— Извини, — Ной убрал кружку от нее и сделал шаг назад. — Я не хотел…
— Нет, все хорошо.
«Ты можешь еще упорнее изображать святошу? В самом же деле? Ты просто коснулась его!»
Девушка прислонила руку ко лбу.
— Я просто…
— Не ожидал, что ты так быстро обернешься. Я должен был…
— Нет, нет. — «Господи, пожалуйста, прекрати это». Вероника чувствовала, как ее лицо горело, и уверена, Ной тоже мог это видеть. — Не извиняйся. Я тебя не увидела, — сказала она, обойдя его так быстро, как могла. — Пойду оденусь, чтобы подбросить тебя.
Спеша в свою комнату, девушка молилась, чтобы он промолчал. К счастью, так и произошло. Попав в комнату, закрыла дверь за собой и прислонилась к ней, проклиная себя. Предположительно, Вероника была старшее и более зрелой из них двоих. Так, почему она превратилась в бубнящую идиотку только от одного прикосновения? Едва ли это можно считать за прикосновение. Боже, что Ной подумал о ней. Это будет продолжаться следующие месяцы? Господи.
После небольшой случайности, что произошла на кухне этим утром, Ной решил быть более осторожным в том, что он говорит и делает рядом с Вероникой. Очевидно, у нее были какие-то опасения. Вывести ее из себя и поменять ее решение по поводу соглашения — это последнее, чего он хотел.
